Методические материалы, статьи

Портрет господина Черепа

«Они шли и шли по Бесконечному Лесу и наконец пришли к жилью Черепов, но это был не дом, а подземная нора. И в норе обитали одни Черепа. Как только девушка спустилась в нору, Череп-джентльмен взял особую веревку и привязал девушке на шею ракушку каури».

Это строчки из удивительной и колдовской книги нигерийского писателя Амоса Тутуолы «Путешествие в город мертвых». Пока ее герой, Пальмовый Пьянарь, движется через Лес Духов, навстречу ему появляются причудливые персонажи: Телерукая духева, Огнеглазая мать, Обманный корзинщик…

И среди них — Зловредный зверь, который вдобавок еще и Совершенный джентльмен. По ходу дела он раздает свои части ного- и рукозаимодавцам и превращается в Череп, могущественный и страшный…

Глиняная маска

Вышло так, что книга Тутуолы впервые попала мне в руки во время студенческой практики. А поскольку учились мы на антропологов, практика, с точки зрения обывателя, была довольно странной: работа с черепами и скелетами. Я обмерял их, зарисовывал, искал необычные детали. Работал увлеченно. После занятий ловил себя на том, что смотрю на людей и «вижу» детали их черепов.

А еще мы приходили на занятия в лабораторию Института этнологии и антропологии имени Н. Н. Миклухо-Маклая. Кто бы мог подумать, что в подвале неприметной пятиэтажки находятся лабиринты комнат, заставленных бюстами людей давно умерших и даже древних. С больших стеллажей на нас сурово взирали чьи-то лики.

Лики явно незаурядные, как и тот, кто начал их создавать — известный ученый, антрополог Михаил Михайлович Герасимов. Он был не первым, кто задумался над тем, как выглядели предки, и попытался восстановить их облик. Еще в 1877 году профессор из Бонна Г. Шаафгаузен выполнил первую научную реконструкцию лица по черепу. Задача была непростой, ибо никто не знал, как индивидуальные особенности черепа отражаются на строении мягких тканей. В то время чтобы узнать толщину покровов, анатомы втыкали в ткани трупов… закопченные иголки. Первые реконструкции выглядели на редкость неуклюже. Одни ученые педантично следовали результатам измерений и лепили каких-то угрюмых франкенштейнов, другие давали волю художественной фантазии и создавали галатей и антиноев в стиле «арт-нуво».

Герасимов начал работу по пластической реконструкции со скрупулезного исследования соотношения мягких тканей и костей у живых людей. Иголки, правда, не втыкал — измерял специальными инструментами и рентгеном. Созданные им бюсты древних людей обосновались во многих музеях и кабинетах. Стоят они и на кафедре антропологии МГУ. Особенно впечатляет человек из Брокен-Хилла с огромным надбровьем и совершенно обезьяним ртом. По классификации Ломброзо, это весьма криминальный тип. Однажды кто-то из студентов вставил ему бычок в угол рта — получился исключительный разбойник.

Надо сказать, что Герасимов придавал своим реконструкциям грубоватый и мрачный вид. Его неандертальцы и синантропы насупились, поджали губы и выражают явное недоверие окружающим. Такими ли они были?

Обычно древних людей наделяют «варварской» внешностью: грязный колтун на голове, перекошенный рот, «обрывок шкуры мамонта вокруг могучей талии». Однако в природе так выглядеть не принято. Если ты некрасив, не найдешь партнера, да еще и станешь мишенью для хищников. Ни одна обезьяна не появится в обществе со спутанной шерстью и грязным хвостом. Чем же хуже человек, пусть даже и древний? По данным археологии, немалую долю инвентаря наших предшественников составляют украшения. Значит, их внешность была пусть тяжеловата, но по-своему красива.

Это были люди с живыми, колоритными, очень выразительными физиономиями. Они мыли волосы дождевой водой, чесали их костяными гребнями и заплетали в тугие косы. Прическу украшали самоцветами, райскими перьями и слоновой костью. Одевались в дорогие меха…

Следит за собой не только цивилизованный человек. Как выяснилось, самые «первобытные» из ныне живущих аборигенов подолгу работают над своей внешностью: заплетают волосы, красят щеки, вставляют в нос кольца. Они могут потратить на это целых полдня — гораздо большее время, чем мы.

Одним словом, даешь древнему человеку — человеческий вид! Поэтому сегодня для реконструкций используют более совершенные материалы, нежели глина и гипс. Пластик и грим воссоздают структуру кожи, волосы, глаза. Лицу придается живое выражение, а телу — атлетичность. Все-таки науке о пластической реконструкции уже больше сотни лет. А насколько больше? Оказывается, не на десять и не на двадцать лет.

Как-то в одном из «Вестников антропологии» мне повстречалась статья сотрудника лаборатории пластической реконструкции (той самой) Дмитрия Пежемского. Автор доказывал, что пластическая моделировка лица на черепе появилась в незапамятные времена. Глиняные маски, облегающие череп, обнаружены в погребениях племен катакомбной культуры, населявших Европейскую степь во II тысячелетии до новой эры. Такие же маски делали в Минусинской котловине и Передней Азии, в Меланезии и Центральной Америке. Обычно их выполняли с большим тщанием, придавая портретное сходство, прорисовывая усы и волосы, вставляя глаза из раковин каури.

Очевидно, эти ритуалы были продиктованы широко распространенным культом головы. Голова считалась средоточием магической сущности человека. Головы отсекали, клали в муравейник, чтобы очистить, либо коптили (вспомните Эдгара По: сушеная голова туземца!) В «заповеднике первобытности», Гвинее-Папуа, черепа инкрустировали перламутром и драгоценными каменьями, вставляли глаза из раковин, а зубы из дерева и кости, чтобы затем «кормить» эту жутковатую куклу. Там до сих пор охотятся за головами, поедают мозг умерших сородичей (заражаясь редкой болезнью куру), подвешивают их черепа под потолком. Да и наши европейские предки были не прочь оправить чей-нибудь черепок в серебро и попивать из него вино.

Человек-голова

Все это не просто причуды. Череп, предмет бездушный и ненужный, выступал олицетворением предка, а точнее, Предка с большой буквы или даже самого Первопредка. Что хорошего в предках, почему их культ был таким сильным в архаическом обществе? Они — посредники между миром обыденным и сакральным, поскольку родом из «Времени сновидений», из мифопоэтического прошлого. Они владеют силой потустороннего, запредельного, магического. И тот, кто рядом с ними (или внутри них), к силе этой приобщается.

Как это «внутри них»? Разве можно забраться в предка? Да, если найдешь подходящую пещеру. Во многих культурах Первочеловек отождествлялся с самим сотворенным миром. Землю представляли не плоской, а в виде огромной горы, плотью которой является Первочеловек — Пуруша или, скажем, Кадмон, пугающий своими размерами даже ангелов. Склоны Первочеловека-горы облепили измельчавшие потомки — люди. На голове-вершине можно с ним пообщаться. Впрочем, сделать это не просто: он ведь мертвый (со смертью Первочеловека и окончилась сакральная эпоха первопредков). И все-таки, если правильно выполнять ритуалы, он… кое-что понимает!

Во многих мифах подчеркивается парадоксальное сочетание живости и мертвости Первочеловека. В Передней Азии у него даже было соответствующее имя: Гайомарт, «живой-мертвый». Поэтому Гору земли венчает не столько голова, сколько череп. Вершину эту у разных народов так и называли: мертвая голова — Кальвария, Голгофа (точнее, «гулголеф»), Лобное место («лоб» на старом языке — череп). Здесь совершали жертвоприношения — показательные убийства рабов, преступников. Преступник — не тот, кто насолил людям, а тот, кто нарушил порядок богов — закон, скрижаль завета. И чтобы бог, демиург, первопредок не покарал всех без разбора, ему нужно выдать нарушителя. Согласно легенде, под крестом на Голгофе спрятан череп самого Адама, который собрал в чашу «Грааль» кровь Христа (других казнимых он оставил без внимания).

Люди и сами могли построить «Гору земли» — четырехгранную усыпальницу (четверка — символ Нижнего мира), куда прятали великого Предка, мертвого, но совсем как живого. Среди таких гробниц видное место занимают египетские пирамиды с их мумиями — бррр! У нас тоже есть аналоги, украшающие сакральное место страны. Здесь тебе и Лобное место, и Мавзолей, и Кремлевская стена, в основании которой лежат несколько виднейших Предков. А в нашей «первопредковской», то есть классической литературе есть чудный образ — Великанская Голова. Вначале весьма бодрая, сдувающая и Руслана, и коня, она затем чахнет и совсем отдает концы. Похоже ведет себя и Святогор: то гора плоти, а то — узник каменной могилы.

Человек-гора, человек-голова, таков Первопредок — одновременно живой и мертвый, череп и нетленное лицо.

На минуту стать предком

Д. Пежемский намекает (ученый избегает скоропалительных заявлений: «нет достаточных оснований утверждать»), что посмертная маска оказала влияние на развитие портретной скульптуры, тогда как маска охотничья — на маску театральную.

Скоропалительное — порой самое интересное. Связь культа черепа-предка с театром и скульптурой прояснила для меня феномен маски. Я взял красивую книгу Ан. А. Громыко «Маски и скульптура Тропической Африки» (М.: Искусство, 1985) и стал изучать ее новыми глазами. Автор, который собаку съел на тайных обществах и магической подоплеке искусства, начинает разговор так: «Африканское искусство в значительной мере является отражением многовековой борьбы народов Африки за свободу, независимость, социальную справедливость…» Таковы были правила, и Анатолий, сами понимаете, Андреевич, не мог им не следовать. Только через десять страниц очень осторожно он сообщает о сути: «В сознании безраздельно господствовала религия… Дух умерших предков материализуется в скульптурах и масках». Африканские маски, по мнению Громыко, не просто предмет искусства, а окна в другой мир, позволяющие общаться с предками, а при их помощи — уже с «высшей силой».

Маскарад — обязательный элемент ритуалов тайных военно-мистических обществ, которыми так богата Африка. Интересно, что есть как мужские общества (например, Поро), так и женские (Санде, Бунду), у каждого — свои боги и предки. И свои маски, которые надевают во время обрядов инициации, праздников. Исполнять образ Бога-Предка на празднике — большая ответственность. Если танцор оступится и упадет — его казнят. Но все искупает восторг зрителей, который достигает пика, когда маска сбрасывается: вместо грозного духа зрители видят милые черты соплеменника. Таким танцором-жрецом был, кстати, Педро Аршанжо из книги Жоржи Амаду «Лавка Чудес» (сколько прекрасных книг — неужели монитор, что мерцает предо мной, их вытеснит?)

Маски и фигурки размещают в сакральных частях жилища — в «красном углу», где стоят ящички-реликварии с прахом и золой умерших предков. Резчики — не просто ремесленники, а мудрецы и колдуны, творящие образ Бога-Предка. Обычно они изображают голову преувеличенно большой и «полумертвой», а тело — упрощенным.

Вот что за сила в маске! Под ней человек хоть на минуту становится Предком, получает частицу его силы. Так сказать, еще один способ «забраться в Предка». Есть такой современный фильм «Маска»: скромный клерк находит старинную маску, надевает ее и превращается в шута, феерического и могущественного, поскольку в него вселяется сам бог Локи.

Кто из нас не испытал этой метаморфозы: переодеть, перелицевать себя. Здесь не только удовольствие, но и некая тайна, волшебство и даже страх. Я помню, читал у Рильке (тоже волшебные страницы), как Мальте Лауридс Бригге ребенком забрался в гардеробную, стал примерять старинные одежды и вдруг добрался до масок: «Лицо, которое я надел, странно пахло пустотой…» То, что он увидел в зеркале, сначала восхитило его, но потом… «Я смотрел на огромного жуткого незнакомца, и мне невыносимо показалось остаться с ним один на один. И не успел я это подумать, случилось самое страшное: я совершенно перестал себя сознавать, я просто исчез». А вот Кобо Абэ: «Надев ящик, я превратился в псевдосебя, не являющегося мною самим…»

Испокон веков люди затевают маскарад не просто, чтобы повеселиться. Это сложный обманный ритуал, задача которого, во-первых, перевоплотиться в это самое божество или хотя бы его наместника: Зверя, Предка, Мертвеца. А во-вторых — скрыться от всевидящих глаз божества, убедить его, что ты исчез или умер, чем и ушел от наказания.

У последователей новой религии, монотеизма, маскарад считался грехом, языческим непотребством. Если не запретить, то хотя бы облагородить! Поэтому праздник Урожая, когда почитают всякую нечисть из Нижнего мира, бесов, мумий и мертвецов, назвали «Днем всех святых» (вот уж от святых отбоя нет!) А когда медведь переворачивается на другой бок, а люди ездят на черте, гадают и ждут большого красного старика — принято встречать какое-то «рождество Христово». А станет теплее, пробуждается Бог низа, вылупляется из своей преисподней, люди же ставят на стол красные яйца, творожную «гору», заключают союз с чертом, целуются и поминают усопших. Этот день почему-то именуют «Христовым воскресением«…

Памятник, он же идолище

Монотеизм называл грехом не только маскарад и театр, но и скульптуру, осуждая «кумиры да идолища». Неужели потому, что их создатель пытается уподобиться Творцу? А может быть, потому, что скульптура обычно отображала языческих божеств? И внутри нее когда-то находился сам Предок — в виде черепа? Поклоняться мертвой кости — это просто сатанизм какой-то. Впрочем, христиане и сами поклоняются «живому-мертвому» — богу, который умер и вроде как воскрес (никто, кроме Фомы, не проверял), и чаще всего изображается как раз в минуту умирания — на распятии.

То, что портретная скульптура может происходить от черепной маски, кажется удивительным. Казалось бы: вначале Фидий с головой Афины, а затем уже Герасимов с бюстом синантропа. На самом деле, все наоборот. Вначале череп, обмазанный глиной и инкрустированный перламутром на алтаре, а затем уже бюст Чайковского на пианино.

Кстати, вы много видели бюстов женщин? Извините, я имел в виду скульптурные портреты. Женский памятник у нас — редкость, поскольку Первопредок имеет мужской облик. Такая же редкость — памятник живому человеку. Он плох не своей нескромностью, а тем, что нарушает ритуальную традицию. Ибо памятник, по сути, это надгробный бюст, облепленный глиной остов. Как же сделать памятник, если череп гуляет на свободе? Если Совершенный Джентльмен еще не разобрался на части и не раздал их заимодавцам?

Памятник — мертвый, но и живой: он требует жертвоприношений, цветов, митингов и прочувствованных речей. Я помню, это был 1980 год, День пионерии… Трехметровые снега наконец-то сошли на нет, склоны камчатских сопок заиграли одуванчиками, и нас повезли на площадь, возложить цветы. Огромный монумент тянул огромную руку — туда, где высились вулканы, где прятались в бухте атомные подлодки, а его каменный череп сверкал на весеннем солнце. Мы ликовали.

Кирилл Ефремов



См. также:
Самые популярные стратегии онлайн-ставок
Микрозаймы на карту – быстро и удобно
Современные курсы ораторского мастерства
Порядок и особенности оформления инвалидности
Праздник в каждый дом
Все что вы хотели знать об онлайн-слотах
Зеркала игорных клубов
ПРОЕКТ
осуществляется
при поддержке

Окружной ресурсный центр информационных технологий (ОРЦИТ) СЗОУО г. Москвы Академия повышения квалификации и профессиональной переподготовки работников образования (АПКиППРО) АСКОН - разработчик САПР КОМПАС-3D. Группа компаний. Коломенский государственный педагогический институт (КГПИ) Информационные технологии в образовании. Международная конференция-выставка Издательский дом "СОЛОН-Пресс" Отраслевой фонд алгоритмов и программ ФГНУ "Государственный координационный центр информационных технологий" Еженедельник Издательского дома "1 сентября"  "Информатика" Московский  институт открытого образования (МИОО) Московский городской педагогический университет (МГПУ)
оспаривание кадастровой стоимости москва
ГЛАВНАЯ
Участие вовсех направлениях олимпиады бесплатное
Вопросы о продлении периода времени на вступление в наследство решаются в судебном.. Законодательство РФ не регламентирует четких правил или критериев на разрешение продления сроков наследования когда сроки наследования должны быть продлены. Поэтому каждое судебное дело решается в строго индивидуальном порядке. Чтобы суд восстановил сроки принятия наследства, названные причины наследника должны быть признаны уважительными.

Номинант Примии Рунета 2007

Всероссийский Интернет-педсовет - 2005