Методические материалы, статьи

Пусть сторонники «ноосферы» мне возразят!

Общеизвестна легенда, что Ньютон открыл закон всемирного тяготения, глядя, как падает яблоко. Вернадскому установить роль живого в формировании геологических оболочек Земли очень помогла маленькая заметка в журнале, в которой сообщалось о перелете необычно большой стаи саранчи. Оба эти факта — самые обыденные. Они повторяются несчетное число раз на протяжении миллионов лет. Люди с заурядным мышлением не обращают на них внимания, и только гении способны взглянуть на подобные вещи с другой стороны — проявить новый подход.

Вернадский проявил совершенно новый подход в геохимии и сделал эпохальное открытие: лик нашей планеты, каким мы его знаем, сформирован живыми организмами. Даже скальные породы образованы с их непосредственным участием.

Впервые в истории науки благодаря Вернадскому жизнь предстала всемогущей планетарной геологической силой.

Исследуя процессы взаимодействия живого и косного вещества, он подходил к ним исключительно как геохимик, оставив в стороне все то, чем традиционно занимается биолог. В этом была и его сила, и одновременно его слабость. Сила принесла ему заслуженное признание и прижизненную славу, а слабость стала по-настоящему осознаваться только в наши дни как очевидное упущение. Ну, что ж, и на солнце бывают пятна!

На обнаружении геохимической роли живого вещества Вернадский не остановился. Он увидел также, что с некоторых пор в этой роли с миром живых существ стал соперничать человек. Под воздействием человеческого разума и основанной на науке деятельности биосфера стала переходить в новое эволюционное состояние — в ноосферу, или сферу разума.

По мысли Вернадского, неизбежность такого перехода — следствие появления человека. Поскольку человек — естественное порождение биосферы, постольку так же естественен, закономерен и неизбежен и переход биосферы в ноосферу. Коль человек волен управлять природой, то следует ли ему в этом содействовать или, наоборот, следует всячески препятствовать?

Справедливость требует признать, что Вернадский ясно видел негативные последствия научно-технического прогресса и предупреждал, что в случае неправильного использования достижений науки они могут грозить человечеству самоуничтожением. Но неумолимая вера в мудрость и силу коллективного разума перевешивала подобные опасения, и будущее человечества представлялось ему исключительно в оптимистических тонах. Веру только в позитивные исторические перемены питал сомнительный философский постулат: Вернадский был убежден, что природа не может создать силу, враждебную самой себе. Очень даже может! Главный пример — человек. Если верить, что его научная мысль возникла естественным путем, то как объяснить, что с определенного момента она начала оказывать деструктивное воздействие на биосферу?

Но и в «неразумной» природе найдется масса случаев, опровергающих этот постулат. К примеру, хищные морские звезды при их сильном размножении способны начисто уничтожить коралловые рифы на больших акваториях.

Вернадский сам признавал, что не успевает создать целостного учения о ноосфере. Оно так и осталось у него неким «воздушным замком», лишенным научного фундамента. К тому же в 1920-е годы он еще сам рассматривал человеческую деятельность как силу, чуждую биосфере и нарушающую ее порядок и гармонию.

Взгляды Вернадского о ноосфере долго не пользовалось признанием даже у себя на родине. В приложении к книге Вернадского «Философские мысли натуралиста» известный историк науки С.Р. Микулинский отмечал, что ни одна идея Вернадского не встречала такой настороженности и непонимания и не порождала такого смущения, как его мысли о ноосфере. Их не приняли его близкие ученики и друзья — А.Е. Ферсман, К.А. Ненадкевич, А.П. Виноградов.

Нынешний бум с идеей ноосферы — это всего лишь плод некритического эйфорического восприятия всего, связанного с творчеством великого естествоиспытателя, в котором будто a priori не может быть места для просчетов и заблуждений. Этому буму не более тридцати лет. Зато если уж что в России, хоть и с запозданием, придется по вкусу, то в славословии удержу не знают. А после того как обнаружилось, что в понятии устойчивого развития, принятом на всемирной конференции в Рио-де-Жанейро в 1992 году, ряд положений напомнил мысли Вернадского о ноосфере, в «Концепции перехода Российской Федерации к устойчивому развитию» (1996) прямо записали, что «движение человечества к устойчивому развитию в конечном счете приведет к формированию предсказанной В.И. Вернадским сферы разума (ноосферы)…» Тем самым за идеей ноосферы закрепился государственный статус.

Однако главные же показатели изменений в биосфере, связанные с ее «переходом» в ноосферу, как они описаны Вернадским, способны произвести на образованного читателя совершенно шоковое воздействие. Здесь лучше всего предоставить слово ему самому.

В трудах по биосфере и ноосфере Вернадский на нескольких страницах пишет о том, как резко меняется вся фауна и флора, как «уничтожается огромное число видов», «быстро исчезают прежние обитатели суши», «число исчезнувших или ставших редкими диких животных все увеличивается», «уже и теперь крупные организмы все чаще сохраняются только в резерватах, заповедниках, зоосадах». Зато вместо девственной природы «создано измененное живое вещество», новые культурные расы и роды, «число которых сильно уменьшено по сравнению с исчезнувшими из памяти человека».

Не меньший энтузиазм вызывает у Вернадского тот факт, что «культурные земли сейчас покрывают почти всю поверхность суши и остатки так называемой дикой девственной природы отходят на второй план… Урожаи культурных растений и скопления культурных животных достигают максимальных величин, ранее небывалых…»

Не напоминает ли вам этот деструктивный пафос Вернадского в отношении биосферы знаменитый лозунг из гимна «Интернационал»: «Весь мир насилья мы разрушим до основанья, а затем мы наш, мы новый мир построим…»?

Одной из важных предпосылок становления ноосферы Вернадский считал «полное заселение биосферы человеком» и в этой связи приветствовал «высокую энергию» его размножения: «Нет пределов возможному его размножению» — писал он. Это мнение находится в кричащем противоречии с рекомендациями Римского клуба и концепцией устойчивого развития. Как только авторы последней могли мимо них пройти!?

Во времена Вернадского тревожные экологические перемены только начинались. Теперь они выросли до масштабов глобального экологического кризиса, угрожающего существованию человечества. Уже всем понятно, что к такому плачевному состоянию наше природное окружение привело стихийное и безудержное расширение техносферы (или искусственной среды) за счет биосферы. Предвижу, что многие последователи Вернадского решительно возразят против отождествления техносферы с ноосферой. Конечно, в ноосфере доминирует духовная составляющая — разум и наука, но техносфера есть их материальный продукт, а он-то и губит биосферу.

А теперь — о главном.

Известно, что интегральным показателем мощности любой системы может служить поток проходящей через нее информации. По определениям современных экологов, только через одну бактериальную клетку проходит информационный поток, равный по мощности таковому в современном персональном компьютере. Число таких клеток, контролирующих биосферу, 10 в 28-й степени. Это на 20 порядков больше числа людей на Земле и на 22 порядка больше числа имеющихся компьютеров. Чтобы взять на себя функции биосферы по обеспечению замкнутого биохимического круговорота и регуляции химического состава сред жизни, человеку пришлось бы преодолеть информационную пропасть, отделяющую его от возможностей биосферы и равную 12-13 порядкам, что вряд ли когда-либо осуществимо. Так что реальной альтернативы биосфере не существует. Да и какому здравомыслящему человеку придет в голову перекладывать функции биосферы на какое-либо техническое устройство, если биосфера с этими функциями прекрасно справляется?

Рассмотрим вариант неполной или частичной замены биосферы, реализованный с переходом человечества к земледелию. Он связан с вытеснением естественных сообществ искусственными — агроценозами — на более чем 1/5 суши. В странах Азии через 10 — 15 лет, может быть, вообще не останется лесов, их место целиком займут пашня, пастбища и скотоводческие хозяйства.

Что же несут с собой агроценозы? Способны ли они взять на себя функции природных экосистем?

Главная их особенность — упрощенная структура и обедненный видовой состав.

Но самое важное негативное следствие существования агроценозов — это их дестабилизирующее воздействие на биогеохимические циклы биосферы, где осуществляется воспроизводство основных видов экологических ресурсов и совершается регуляция химического состава жизненных сред. На сельскохозяйственных угодьях круговорот биогенов оказывается разомкнутым на десятки процентов. Поэтому есть все основания говорить, что агроценозы с самого начала их существования находятся в антагонистических отношениях с окружающей природной средой. Ныне стало очевидно, что они угрожают разрушением фундаментальных биосферных процессов и повинны в глобальном экологическом кризисе. Это относится ко всем созданным человеком формам, в том числе к самым продуктивным сортам и породам.

Сказанного, по-видимому, достаточно, чтобы продемонстрировать принципиальную неспособность агроценозов взять на себя функции естественных экосистем.

Нет нужды доказывать, что дальнейшая территориальная экспансия агроценозов создает смертельную опасность биоразнообразию — основе устойчивости естественных сообществ и биосферы в целом.

Сколь масштабными ни были бы мероприятия по оптимизации обменных процессов в биоценозах, они, будучи локальными, безусловно, не в состоянии радикально изменить ситуацию, а тем более существенно поддержать «работу» биосферы в целом.

Идея «превращения» биосферы в ноосферу как минимум предполагает разумный контроль и управление биосферой. Реально такой контроль ограничивается на сегодняшний день несколькими десятками видов домашних животных и порядка 300 видов культурных растений. В отдельных странах практикуются марикультура и разведение ряда животных в искусственных условиях. Зато все еще сохраняющееся огромное биоразнообразие диких видов остается жертвой нарастающего давления со стороны человека, направленного только в сторону его сокращения. Не остановлена деградация видового состава экосистем, в результате которой численно преобладающими становятся мышевидные грызуны, малоценные виды рыб, древесных пород, сорные растения. Вряд ли можно говорить и об удовлетворительном контроле над сорными растениями, вредителями и возбудителями болезней, над паразитами животных и человека и синантропными видами.

Вырубка лесов, осушение болот, распашка целины и пойм рек, мелиорация земель, создание искусственных водохранилищ, добыча полезных ископаемых, отчуждение все новых территорий под строительство, чрезмерная добыча хозяйственно ценных видов и т. д. — что это, разумный контроль за состоянием биосферы?

Особенно остро стоит сейчас проблема отходов и их утилизации. Сколько ни говорится о близкой перспективе введения безотходных технологий, а на сегодняшний день используется по назначению менее 10 процентов добываемого сырья, все остальное переходит в отходы, загрязняющие окружающую среду.

В природе утилизацией отходов жизнедеятельности организмов занимаются специальные группы видов — редуцентов, среди которых основная нагрузка падает на микроорганизмы — бактерии, актиномицеты и грибы. Они минерализуют органические остатки до уровня простых неорганических веществ, которые снова становятся доступными растениям. Биотический круговорот замыкается.

До начала производственной деятельности в природе не было техногенных отходов, а нефть спокойно лежала в земле. С появлением современного производства на каждом технологическом этапе возникают отходы, нередко весьма токсичные. Кроме того, во всем мире ежегодно производится порядка 60 тысяч новых синтетических веществ, которые в природе не встречаются. Многие из них по разным причинам оказываются во внешней среде. Естественно, никакие микроорганизмы заранее не были приспособлены к тому, чтобы их разлагать. Позаботился ли об их разложении человек? Да, но его усилия оказались совершенно не пропорциональны масштабам загрязнения.

В принципе, науке известен ряд микробов, способных окислять нефть и различные химические вещества, адсорбировать тяжелые металлы. Это как природные, так и измененные методом генной инженерии штаммы. Оказалось возможным даже биологическое обезвреживание радионуклидов. В то же время огромное количество поллютантов (типа пластмасс и полимерных пленок) вообще не поддается биологической деградации.

Однако одно дело добиться желаемого результата в лаборатории, а другое — перенести его в реальную среду. Здесь явно больше проблем, чем найденных решений.

Здесь я хотел бы напомнить закон Р. Линдсмана, описанный во всех современных учебниках по экологии. Нельзя без риска разрушить экосистему изымать с любого уровня трофической пирамиды более 10 процентов вещества в сухом весе. Человечество и крупные животные как консументы высшего порядка могут рассчитывать вместе только на 1 процент первичной продукции растений. Люди же потребляют и попутно разрушают в сорок раз больше. Это обрекает дикие животные и другие организмы на неизбежное исчезновение. Вместе с ними неминуемо должен исчезнуть и человек как биологический вид, если он своевременно не примет мер по самоограничению. Кстати, данный закон был открыт при жизни Вернадского.

Есть еще одно фундаментальное препятствие самого общего характера, стоящее перед амбициозным планом преобразовать биосферу в ноосферу, управляемую человеком. Скорость социальной эволюции вместе со всеми ее деструктивными воздействиями на биосферу на 3 — 5 порядков выше скорости биологической эволюции, и это исключает возможность какой-либо адаптации биосферы к техногенным изменениям. Мы наблюдаем стремительные изменения биосферы, но, к сожалению, это изменения не приспособительные, а деградационные. Отсюда следует, что адаптация в системе «природа — общество» может осуществляться только в одностороннем порядке: человечество должно приспособиться к законам биосферы и неукоснительно их соблюдать.

Из всего сказанного можно сделать ряд выводов фундаментального значения.

Необходимо немедленно и навсегда отказаться от вредной идеи господства над биосферой, управления и контроля ее деятельности, преобразования ее во что бы то ни было. К этому, по существу, призывают наиболее авторитетные специалисты наших дней, посвящающие свои усилия сохранению природы. На основе эколого-математических расчетов они указывают на необходимость ради выживания человечества и его выхода на траекторию устойчивого развития сократить используемую для хозяйственной деятельности площадь суши почти вдвое и восстановить на ней естественные экосистемы, а также прекратить освоение новых территорий. Природе должны быть предоставлены две трети поверхности суши.

Ничем не обосновано предположение многих последователей Вернадского, будто с появлением ноосферы между обществом и природой начинают действовать особые закономерности, в которых взаимодействуют законы живой и неживой природы с законами человеческого общества и человеческого мышления и даже формируются «социоприродные законы саморегуляции». На самом деле, основы функционирования биосферы и социума глубоко различны, и это еще один довод против возможности перехода биосферы в ноосферу. Единственное, что их объединяет, — это законы экологии, обязательные для человека, как и для любого живого существа. Биосфера существовала без человека миллиарды лет и скорее всего будет существовать и далее (пусть в обедненном виде), если человеку не удастся в ней удержаться. Более того, с началом эпохи покорения природы биосфера и общество вступили в антагонистические отношения (американский историк экологии Д. Уинер назвал их «войной»), и в настоящее время мы наблюдаем попытки биосферы «выбраковать» человека (с помощью новых болезней, генетических и психических расстройств) как самый вредный организм.

Получается, что нужно управлять не биосферой, а «ноосферогенезом». Целью управления должно стать прежде всего ограждение системы ноосферных идей от ложных посылок, противоречащих самостоятельным законами биосферы и экологии. Такая коадаптационная стратегия в отношении биосферы может и должна включать сокращение населения Земли, ограничение материального потребления в рамках утверждения примата духовных ценностей, становление нового биосферного образования и т. п. Проведение в жизнь этой стратегии вовсе не ущемит прав человека и его индивидуальных свобод, ибо она будет направлена на обеспечение его высшего права на жизнь и улучшение ее качества.

В этом случае «эпоху ноосферы» можно только приветствовать хотя бы и как несбыточную, но манящую цель, внушающую надежду на более длительное выживание человечества. Но очевидно: чтобы идея ноосферы смогла превратиться в научно обоснованную концепцию, она еще должна подвергнуться скрупулезной разработке в рамках общественных наук и этики.

Вадим Назаров



См. также:
Все о выборе онлайн-казино: памятка начинающему гемблеру
Все, что вы хотите знать об игровых автоматах
Повышение квалификации специалиста по закупкам
ПРОЕКТ
осуществляется
при поддержке

Окружной ресурсный центр информационных технологий (ОРЦИТ) СЗОУО г. Москвы Академия повышения квалификации и профессиональной переподготовки работников образования (АПКиППРО) АСКОН - разработчик САПР КОМПАС-3D. Группа компаний. Коломенский государственный педагогический институт (КГПИ) Информационные технологии в образовании. Международная конференция-выставка Издательский дом "СОЛОН-Пресс" Отраслевой фонд алгоритмов и программ ФГНУ "Государственный координационный центр информационных технологий" Еженедельник Издательского дома "1 сентября"  "Информатика" Московский  институт открытого образования (МИОО) Московский городской педагогический университет (МГПУ)
ГЛАВНАЯ
Участие вовсех направлениях олимпиады бесплатное
водка круглосуточно Самара Но, случается, в самый неподходящий момент она заканчивается и приходится искать какие-нибудь выходы. Не стоит расстраиваться, потому что мы сделаем все возможное, для того что бы водка круглосуточно поступала на Ваши столы. Вы можете снять напряжение, расслабиться и хорошо отдохнуть при помощи этого напитка, отличающегося невысокой стоимостью и отличным качеством.

Номинант Примии Рунета 2007

Всероссийский Интернет-педсовет - 2005