Методические материалы, статьи

Не слишком ли много загадок вокруг одной смерти?

Гитлер мертв. Мертв с 30 апреля 1945 года. В этом нет сомнений. Но почему тогда время от времени появляются невероятные версии о его спасении и долгой жизни после войны? Например, рассказ летчика о том, как он вывез Гитлера в Испанию, или интервью с бодрой старушкой Евой Браун, доживающей свой век в кругу большой семьи в Северной Калифорнии.

Факт есть факт, и он таков: за пятьдесят с лишним лет официальные советские российские инстанции не опубликовали достоверную, документально подтвержденную версию смерти фюрера.

Как это могло случиться? Какие для того были причины? Ответ — в публикации профессиональных архивистов Татьяны Царевской и Натальи Воякиной, предпринявших расследование в архивах ФСБ.

ХХ век — свидетель жесточайших войн и революций, потрясших основы существования мира. Но выразителями событий, любого исторического процесса всегда являются наиболее яркие личности, и очень часто ими становятся те, кто, сознательно используя и подогревая низменные инстинкты толпы, преследует свои узко клановые или узко партийные интересы, кто возвышается над народом, в чьих руках сосредоточена власть, те, кого испокон века зовут диктаторами. Кто-то из них, например Сталин, превративший всю страну в один большой Гулаг, умер естественной смертью. Других же, например Муссолини и Гитлера, ждал бесславный насильственный конец. Первый, как известно, был убит своими согражданами, и труп его повесили вверх ногами. Сказать же что-либо бесспорное о смерти Гитлера вряд ли можно, даже изучив гору исторической и публицистической литературы…

В нашу задачу не входит строить новую версию о судьбе наци #1. Мы лишь попытаемся собрать воедино все многочисленные (но порой неточные и противоречивые) сведения, которые уже мелькали в печати, а также имеющиеся в нашем распоряжении архивные материалы, собрать и посмотреть, что из этого получится.

Итак, давайте еще раз вернемся к тем майским дням 1945 года, когда советские войска заняли территорию рейхсканцелярии. Что обнаружили там сотрудники отдела контрразведки «Смерш» 79-го стрелкового корпуса?

По воспоминаниям Е.Ржевской, переводчика группы контрразведчиков подполковника В.И.Горбушина, 3 мая на территории имперской канцелярии появилась группа генералов штаба фронта. Проходя мимо убитых во время бомбардировки и обстрела рейхсканцелярии, «один из генералов ткнул пальцем: «Вот он!». В кителе, с усиками, убитый издали слегка смахивал на Гитлера. (…) хотя тут же убедились: не он, все же началось расследование. Призвали опознавателей, в один голос заявивших: «Нет, не он».

Но пока неизвестный убитый мужчина лежал в актовом зале рейхсканцелярии, его сняли кинооператоры и даже включили эти кадры впоследствии в кинохронику. Не это ли послужило распространению известной версии о наличии нескольких «двойников» у Гитлера?

Однако 4 мая рядовой И.Д.Чураков обратил внимание на воронку от бомбы влево от входа в бункер фюрера. На дне воронки лежали полуобгоревшие трупы мужчины и женщины, засыпанные слоем земли. Лишь на следующий день тела извлекли наружу. Там же, в воронке, обнаружили трупы двух собак, немецкой овчарки и щенка.

В этот же день, 5 мая, были составлены два акта. Вот выдержка из акта, который полностью приводит в воспоминаниях Ржевская (сам документ хранится в Центральном архиве ФСБ): «…в г.Берлине, в районе рейхсканцелярии Гитлера, вблизи мест обнаружения трупов Геббельса и его жены, около личного бомбоубежища Гитлера были обнаружены и изъяты два сожженных трупа — один женский, второй мужской. Трупы сильно обгорели, и без каких-либо дополнительных данных опознать невозможно. Трупы находились в воронке от бомбы, в трех метрах от входа в гитлеровское убежище, и засыпаны слоем земли».1

Второй акт касался двух умерщвленных собак.

Земля была перерыта и просмотрена, и в результате были обнаружены две стеклянные пробирки темного цвета из-под медикаментов.

На этом находки органов «Смерш» на территории рейхсканцелярии закончились. Еще 2 мая членом Военного совета 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенантом Телегиным была создана комиссия для исследования найденных трупов. Но продолжение расследования осложнилось из-за передислокации советских войск в Берлине. 3-я ударная армия выводилась из города, в городе оставались части 5-й ударной армии, командующий которой генерал-полковник Н.Э.Берзарин стал первым советским комендантом Берлина. За охрану рейхсканцелярии и всего находящегося на ее территории отвечали войска 5-й армии, и группе полковника Горбушина ничего не оставалось, как организовать операцию, которую Ржевская описала следующим образом: «На рассвете, в четыре часа утра, капитан Дерябин с шофером, пробравшись в рейхсканцелярию, похитили, завернув в простыни, трупы Гитлера и Евы Браун и в обход часовых, через забор перебрались на улицу, где их ждали два деревянных ящика и машина».

Так межведомственная борьба привела к тому, что трупы предполагаемых Гитлера и Евы Браун начали свое долгое путешествие. Поначалу трупы были привезены в рабочий поселок под Берлином — Бух. Неясно, какими путями, но там же, в Бухе, оказались обгоревшие трупы Йозефа и Марты Геббельс, их шестерых отравленных детей, а также двух собак.

8 мая 1945 года в морге ХППГ (хирургического подвижного полевого госпиталя) № 496 комиссия в составе главного судебно-медицинского эксперта 1-го Белорусского фронта подполковника медицинской службы Ф.И.Шкаровского и еще четырех медиков произвела судебно-медицинское исследование трупа мужчины. Акт № 122 довольно большой, и здесь мы приводим наиболее значимые и противоречивые факты, которые сыграли свою роль в решении главных вопросов — кому принадлежит найденный труп и какова причина смерти. Вот что обнаружено при исследовании:

«возраст трупа около 50-60 лет, рост 165 сантиметров (измерение неточное вследствие обугливания тканей)»;

«крышка черепа частично отсутствует. Имеются множественные мелкие трещины носовых костей и костей верхней челюсти»;

«во рту обнаружены кусочки стекла, составляющие часть стенок и дна тонкостенной ампулы»;

«половой член обуглен; в обожженной, но сохранившейся мошонке обнаружено только правое яичко. По ходу пахового канала левое яичко не обнаружено».

От трупа исходит «явный запах горького миндаля». Для подтверждения или опровержения версии отравления к акту прилагалась пробирка с кусочками стекла ампулы.

На основании вышеизложенного, а также сравнения обгоревшего трупа с имевшимися у комиссии трупами семьи Геббельсов, двух собак и женщины (предположительно Е.Браун) комиссия пришла к выводу: «На значительно измененном огнем теле видимых признаков тяжелых смертельных повреждений или заболеваний не обнаружено… Наличие в полости рта остатков раздавленной стеклянной ампулы, наличие таких же ампул в полости рта других трупов… явный запах горького миндаля от трупов… и результаты судебно-химического исследования внутренностей с обнаружением цианистых соединений… позволяют прийти комиссии к заключению, что в данном случае смерть наступила в результате отравления цианистыми соединениями».

По мнению медиков, «основной анатомической находкой, которая могла быть использована для идентификации личности, являются челюсти с большим количеством искусственных мостиков, зубов, коронок и пломб». Они сразу же после вскрытия передали «желтометаллический мост верхней челюсти с 9-ю зубами» и «обгоревшую нижнюю челюсть с 15-ю зубами» в отдел «Смерш» 3-й ударной армии, то есть группе Горбушина. Сейфа поблизости не оказалось, и Горбушин спрятал вещественные доказательства в темно-бордовую коробку из-под дешевых духов и отдал ее на хранение переводчице Е.Ржевской и непьющему майору.

В результате розысков в университетской клинике «Шаритэ» 9 мая стало известно, что зубным врачом, лечившим Гитлера, был доктор Блашке. Его самого не нашли, зато группе повезло — нашли помощницу профессора Блашке — Кете Хойзерман (Гойзерман). Именно она разыскала медицинскую карту Гитлера в кабинете доктора Блашке, а потом, в рейхсканцелярии, и рентгеновские снимки зубов Гитлера. 10 мая К.Хойзерман давала первые показания, и ее описание совпало с анатомическими данными ротовой полости вскрытого комиссией трупа. При этом она заявила, что характерным признаком верхней челюсти Гитлера должен быть отчетливый след, оставшийся от распиливания золотого моста бормашиной за расположением четвертого зуба, которое было произведено осенью 1944 года профессором Блашке при ее участии для удаления Гитлеру шестого зуба.

Еще до вскрытия трупов был найден свидетель сожжения и захоронения трупов — полицейский охранной полиции имперской канцелярии обершарфюрер Харри Менисхаузен. На допросе 13 мая 1945 года он заявил, что лично видел, как 30 апреля трупы Гитлера и его жены Браун были сожжены. Он нес охрану имперской канцелярии, патрулируя по коридору, где расположены кухня и столовая, и одновременно вел наблюдение за садом, так как на расстоянии восьмидесяти метров от здания находилось бомбоубежище Гитлера.

Во время патрулирования он встретил ординарца Гитлера — Бауэра, который ему сообщил о самоубийстве Гитлера и его жены Браун.

Через час после встречи с Бауэром, при выходе на террасу, которая располагалась в шестидесяти метрах от бомбоубежища Гитлера, Менисхаузен видел, как из запасного выхода бомбоубежища личный адъютант штурмбанфюрер Гюнше и слуга Гитлера штурмбанфюрер Линге вынесли на руках труп Гитлера и положили его в полутора метрах от выхода, а затем снова вернулись и через несколько минут вынесли труп его жены Евы Браун и положили рядом с трупом Гитлера. В стороне от трупов стояли две банки с бензином, из которых Гюнше и Линге сначала облили трупы, а потом зажгли их. Когда трупы обуглились, к ним из убежища подошли два человека из личной охраны Гитлера, взяли обгоревшие трупы, положили в воронку и засыпали слоем земли. Менисхаузен крестиками указал на фотографиях места сожжения и погребения.

Показания ряда других военнопленных — бывшего командующего обороной Берлина генерала артиллерии Вейдлинга, вице-адмирала Фосса, начальника Имперской службы безопасности группенфюрера СС и генерал-лейтенанта войск СС и полиции Г.Раттенхубера, адъютанта Гитлера штурмбанфюрера СС О.Гюнше, а также доктора Хаазе в основном подтверждали вышеизложенную версию и имевшиеся у следствия факты. Они давали показания об отравлении собак, указывали примерно одно и то же время, когда присутствовавшие в бункере узнали о смерти Гитлера. Гюнше указывал и на запах горького миндаля в комнате после того, как трупы вынесли. Совпало и описание вынесенных трупов и их сожжения. Правда, со слов Раттенхубера стало известно о большом пятне крови на ковре, который главный камердинер Гитлера штурмбанфюрер Линге вынес и сжег. Отсюда у Раттенхубера в показаниях возникла версия, что Гитлер не только отравился, но и был застрелен Линге.

В итоге этого расследования уполномоченный НКВД И.Серов направил весь комплект документов (уже упомянутые тринадцать актов, протоколы допросов и фотографии) на имя Л.Берии. В сопроводительной записке он указывал, что «перечисленные документы и фотографии подтверждают правильность наших предположений о самоубийстве Гитлера и Геббельса. (…) Точно так же не вызывает сомнения то, что предполагаемый нами труп Гитлера является подлинным. Это удалось установить на основании показаний зубного врача и медицинской сестры, лечивших Гитлера, которые начертили расположение вставных зубов Гитлера. Их показания подтверждены судебно-медицинской экспертизой».

Следует сказать, что после судебно-медицинской экспертизы все трупы — Геббельсов с детьми, начальника Генерального штаба германской армии генерала Крипса, вероятного трупа Гитлера и его жены, а также двух собак — были «закопаны в районе города Бух».

Однако «в связи с передислокацией отдела контрразведки «Смерш» 3-й ударной армии трупы были изъяты и перевезены сначала в район города Финов, а затем 3 июня 1945 года — в район города Ратенов, где и закопаны окончательно. Трупы находятся в деревянных ящиках в яме на глубине 1,7 метра и размещены в следующем порядке (с востока на запад): Гитлер, Браун Ева, Геббельс, Магда Геббельс, Крипс, дети Геббельса. В западной части находится также корзина с двумя трупами собак, принадлежавших одна — лично Гитлеру, другая — Браун Еве.

Местонахождение закопанных трупов: Германия, Бранденбургская провинция, район города Ратенов, лес восточнее города Ратенова по шоссе с Ратенова на Штехов, не доходя деревни Ной Фридрихсдорф, что 325 метров от железнодорожного моста (…)

Закопанная яма с трупами сравнена с землей, на поверхности ямы высажены из мелких сосновых деревьев числом III».2

Трупы захоронены, но вопросы остались. И не все выглядит так гладко, как в докладной записке Вадиса.

Вот группа загадок, появившаяся в результате первого расследования:

1. Отсутствие освидетельствования смерти каким-либо врачом, тем же Хаазе.

2. «Физический недостаток» (отсутствие левого яичка) трупа должен был быть, несомненно, использован для идентификации. Это сделано не было. Между тем в книге Леонарда и Ренаты Хестонов «Медицинская карта Гитлера», где собраны почти все сохранившиеся сведения о Гитлере, говорится, что никто из врачей Гитлера не упоминает об этой его анатомической особенности.

3. Никого почему-то не смутило отсутствие части черепной коробки, что в сочетании с множественными мелкими трещинами носовых костей и костей верхней челюсти давало совершенно другую картину гибели.

4. От трупов, пролежавших в земле пять дней, а потом еще три дня в морге, в соответствии с текстом акта, исходил «явный запах горького миндаля». Возможно ли это? Наличие или отсутствие цианистых соединений в организме могло установить только судебно-химическое исследование внутренних органов, и оно было проведено, но дало, по словам Безыменского, «отрицательный результат».

5. Да и вообще, как можно было установить причину смерти одного лица по аналогии с другими? А ведь именно так это и случилось и зафиксировано в акте #12.

6. Еще одна, скажем так, параллельная загадка. Женщина, чей труп был обнаружен в воронке, по мнению медицинских экспертов умерла от отравления. Однако в акте судебно-медицинской экспертизы указано, что в предполагаемом трупе Е.Браун найдено шесть осколков, причем ими задеты сердце и легкое.

Следствие, казалось бы, все посчитало законченным. Но руководители Советского Союза нигде официально не объявили об имеющихся в их распоряжении трупах Гитлера, его жены и других лиц. И не удивительно, что в конце октября 1945 года по результатам допроса лиц, попавших в руки англо-американских служб, союзники сочли нужным сообщить прессе о том, что «Гитлер вне всяких сомнений мертв». Однако, по мнению союзников, изложенному в английском меморандуме от 1 ноября 1945 года, единственным решающим доказательством смерти Гитлера было бы «нахождение и определенное опознание трупа». Кроме того, по английским данным, Гитлер покончил с собой, выстрелив себе в рот. Бригадный генерал США Э.Дж.Форд направил развернутый вариант меморандума спецслужбам союзников. Наиболее важным было предложение обсудить вопрос об обстоятельствах смерти Гитлера на заседании Союзного комитета по разведке.

Первоначально нарком внутренних дел Берия не возражал против обмена сведениями между союзниками об обстоятельствах исчезновения Гитлера. В проекте письма на имя И.Серова он даже предполагал, что, «кроме того, союзники могут обратиться с просьбой о допросе некоторых лиц, находящихся у нас: Гюнше, Раттенхубера, Баура3 и других», и соглашался с этим. Однако в конце ноября на стол Берии лег документ, содержащий согласие Меркулова, Круглова, Кобулова на проведение совместного с союзниками расследования и категорическое возражение Абакумова. Вероятнее всего, Абакумов беспокоился за честь мундира, ведь первым расследованием в мае 1945 года руководило ведомство Абакумова — органы контрразведки «Смерш» 1-го Белорусского фронта. Передача документов союзникам, а также вероятность эксгумации трупов для дальнейшего исследования группой международных экспертов могла не только обнаружить слабые места и упущения в организации майского расследования, но и привлечь к этому интерес мировой общественности, что подорвало бы влияние Абакумова. В связи с этим нарком внутренних дел решил разобраться в ситуации своими силами. Однако вскоре, в конце 1945 года, Л.П.Берия становится заместителем председателя СНК СССР, и дело об уточнении судьбы Гитлера замирает в кулуарах НКВД.

Инициатором следующего этапа следствия по делу о судьбе Гитлера явился генерал-лейтенант А.З.Кобулов — заместитель начальника Главного управления по делам военнопленных и интернированных (ГУПВИ) НКВД/МВД СССР. Он нацелил своих подчиненных на получение дополнительной информации в основном за счет допросов приближенных Гитлера, оказавшихся в советском плену.

И вот по итогам собранных материалов и с учетом тех документов, которые попали в НКВД в результате майского расследования, появилась подписанная А.Кобуловым «Справка по материалам Оперативного управления ГУПВИ НКВД СССР, органов контрразведки «Смерш», английской и американской разведок о версии самоубийства Гитлера 30 апреля 1945 года», в которой авторы, рассмотрев все полученные в ходе расследования материалы, пришли к следующему: «Но наряду с этими весьма вескими фактами, свидетельствующими в пользу версии о самоубийстве Гитлера и Е.Браун, имеются серьезные данные, дающие основания взять смерть Гитлера под сомнение. К такого рода фактам относятся:

1. Линге показал, что, услышав около шестнадцати часов 30 апреля в приемной раздавшийся в кабинете Гитлера выстрел, он сообщил об этом немедленно Борману и вместе с ним вошел в кабинет Гитлера, застав следующую картину: в левой стороне дивана сидел Гитлер. Он был мертв, на правом виске было ясно видно кровавое пятно — место, куда попала пуля. На полу лежали два пистолета.

По английским данным, Гитлер выстрелил себе в рот.

По данным судебно-медицинского исследования, на трупе «видимых тяжелых смертельных повреждений не обнаружено».

2. Линге показал, что, когда он с Борманом вошел в кабинет, Ева Браун сидела на диване, поджав под себя ноги. Она также была мертва. На ее трупе не было видно раны. Коробочки от яда тоже не было видно.

По английским данным, Ева Браун отравилась. По данным судебно-медицинского исследования, кроме обнаружения цианистых соединений, являвшихся непосредственной причиной смерти, на предполагаемом трупе Е.Браун были обнаружены следы тяжелого осколочного ранения грудной клетки с повреждением легкого и сердца. В грудной клетке было обнаружено шесть металлических осколков. Такого рода ранение пистолетами, имевшимися в кабинете Гитлера, нанесено быть не могло.

3. Обращает на себя внимание тот факт, что ни в одном из показаний не упоминается после того, как стало известно о самоубийстве Гитлера, о вызове врача для установления факта смерти».

И не удивительно, что основным выводом этого документа явилась «необходимость тщательной и жесткой перепроверки всей группы фактов, относящихся к данным вопросам».

Параллельно началу нового расследования стали поступать различные сведения то об обнаружении двойника Гитлера в городе Барнау (действительно, некто Г.Веллер имел поразительное сходство с фюрером), то нахождение черепа английскими журналистами, которые обратились к советскому коменданту Берлина с просьбой «примерить» череп к якобы имеющемуся у советского командования трупу Гитлера.

И тогда НКВД 13 февраля 1946 года принял решение о начале нового официального расследования. Была создана следственная бригада под руководством помощника начальника 1 Отдела Оперативного управления ГУПВИ НКВД СССР подполковника Клаусена. Всех лиц, принадлежавших к ближайшему окружению фюрера, решено было собрать в Бутырской тюрьме для проведения следственных мероприятий, а всему делу присвоить название «Миф». И 21 февраля 1946 года представителями Отдела контрразведки «Смерш» третьей ударной армии Группы советских оккупационных войск в Германии (ГСОВГ) в соответствии с указанием начальника Управления контрразведки «Смерш» ГСОВГ генерал-лейтенанта Зеленина «в районе Ратенова была вскрыта яма с трупами рейхсканцлера Германии Адольфа Гитлера, его жены Браун Евы, рейхсминистра пропаганды Германии доктора Юзефа4 Геббельса, его жены Магды Геббельс и их детей (…) и начальника генерального штаба германской армии — генерала Крипса». Далее в документе указывалось:

«Все перечисленные трупы находятся в полуистлевшем состоянии в деревянных ящиках и в таком виде были доставлены в город Магдебург, в расположение Отдела контрразведки «Смерш» армии и вновь закопаны в яме на глубине двух метров во дворе дома № 36 по улице Вестендштрассе, у южной каменной стены двора, от гаража дома строго на восток — 25 метров.

Закопанная яма с трупами сравнена с землей, наружный вид ее приведен под вид окружающей местности».5

Тем временем следственная бригада Клаусена6 собирала и допрашивала лиц, причастных к событиям последних военных дней, происшедших в бункере Гитлера и в рейхсканцелярии. Они пришли к выводу о необходимости привезти всех арестованных в Берлин, а также провести следующие мероприятия:

1. Тщательный осмотр бункера Гитлера.

2. Исследование места обнаружения предполагаемых трупов Гитлера и Евы Браун.

3. Эксгумация предполагаемых трупов Гитлера и Евы Браун и судебно-медицинское перевскрытие их.

4. Оперативно-следственные действия, вытекающие из результатов предыдущих мероприятий.

Теперь рассмотрим, что из этого вышло. Попытки получить в свое распоряжение трупы закончились провалом. Естественно, ведь они были целенаправленно перезахоронены на территории Отдела «Смерш» в Магдебурге, куда представители МВД не смогли получить доступ.

Скорее всего представители МВД в 1946 году на территории рейхсканцелярии искали не доказательства смерти Гитлера, а, наоборот, доказательства вероятности, что Гитлер остался жив, ушел потайным ходом из бункера, улетел самолетом или прорвался на танке в Испанию, Аргентину или еще бог весть куда. Однако в результате осмотра бункера с экспертом-криминалистом Клаусен обнаружил следующее: «На диване в бывшей рабочей комнате Гитлера, в его бункере, с правой стороны, точно на том месте, где, по показаниям Линге, был обнаружен якобы труп Гитлера после самоубийства, были обнаружены отчетливые следы, похожие на стекание крови.

Части дивана со следами, напоминающими кровь, были изъяты и направлены в биологическую лабораторию Московской городской судебно-медицинской экспертизы. Актом последней за номером 81-53 установлено, что обнаруженные следы на диване в рабочей комнате Гитлера происходят от крови человека с признаками, свойственными группе крови А(II)».

Комиссия пришла к однозначному выводу, что локализация, вид и характер распределения брызг и потеков на диване указывают на то, что они возникли в результате опасного для жизни ранения в голову, «и после повреждения головы раненый потерял сознание и некоторое (время) оставался неподвижным с наклоненной в сторону правой ручки головой».

При осмотре бункера и лестницы, ведущей к запасному выходу из бункера, на стенах в нескольких местах и на косяке одной из дверей были обнаружены следы, похожие на кровь, что дало основание комиссии заключить: «Потерпевший после снятия его с дивана был вынесен из рабочего кабинета через проходные комнаты, по лестнице запасного выхода…»

Комиссия Клаусена обследовала также место нахождения «предполагаемых трупов Гитлера и Евы Браун. (…) место обнаружения трупов было 30 мая с.г. разрыто и земля тщательно осмотрена. К числу заслуживающих внимания предметов, обнаруженных в яме, необходимо отнести два частично обуглившихся куска черепа, на одном из которых отмечается выходное пулевое отверстие».

Судебно-медицинский эксперт профессор Семеновский пришел к выводу, что извлеченные из ямы фрагменты являются частями теменных костей и чешуи затылочной кости взрослого человека. На левой теменной кости было установлено выходное пулевое отверстие, а сам выстрел был произведен в упор или почти в упор в рот или в височную область справа — в направлении снизу вверх, справа налево сзади. Опираясь на акт № 12 от 8 мая 1945 года, Семеновский сделал заключение, что куски черепа, «возможно, отпали от трупа, изъятого из ямы 5 мая 1945 г.». Комиссия критически проанализировала этот акт вскрытия и выявила ряд существенных пробелов.

Так, комиссия врачей во главе со Шкаровским в мае 1945 года сделала вывод о том, что «смерть неизвестного мужчины наступила в результате отравления цианистыми соединениями», основываясь при этом на наличии в полости рта трупа остатков ампулы и по аналогии с причиной смерти семьи Геббельсов. Семеновский считал, что в этом случае необходимо было сделать судебно-химическое исследование внутренних органов на присутствие в них цианистых соединений. (Профессор не знал, что такое исследование в июне 1945 все-таки было проведено и дало отрицательный результат.)

Ошибкой предыдущей судебно-медицинской экспертизы, на взгляд Семеновского, было отсутствие соответствующего исследования костей основания черепа и выяснения причин происхождения многочисленных трещин носовых костей и костей верхней челюсти. Скорее всего в рабочей комнате Гитлера был застрелен (застрелился), затем сожжен и захоронен один и тот же человек. Но был ли это Гитлер?

Комиссии также не удалось дополнительно допросить кого-либо из ближайшего окружения Гитлера. В распоряжении аппарата Серова как представителя МВД в Берлине была только личный секретарь Гертруда Юнге. Но эта «весьма ценная свидетельница тяжело заболела и поэтому допрошена быть не могла». Пришлось довольствоваться ее прошлогодними показаниями о самоубийстве Гитлера от 3 июня, которые целиком подтверждали версию о том, что Гитлер принял яд, а потом застрелился. Эта версия вытекает и из показаний Гюнше, Линге, Баура и других.

Здесь следует сказать, что с этой свидетельницей произошли странные, просто загадочные вещи.

Гертруда (Траудель) Юнге впервые за пятьдесят с лишним лет дала интервью российскому журналисту, обозревателю газеты «Комсомольская правда» С.Маслову. Благополучно проживающая в Баварии, бодрая 77-летняя женщина рассказала о последних днях фюрера не очень подробно (все-таки это интервью, а не протокол допроса). В конце апреля 1945 года именно она удостоилась чести записать «последнюю политическую волю» Гитлера и его частное завещание. По ее словам, «последние восемь дней были невыносимы. Постоянно обсуждался вопрос, как именно ему (Гитлеру) застрелиться, в голову, в рот или в сердце. Речь шла и о яде.

30 апреля около 15.00 его слуга Линге сказал, что я должна явиться к Гитлеру. Там были Геббельс, Борман, Кребс (Крипс). Гитлер попрощался со мной. (…) Пошел к себе и застрелился.

С.Маслов: — Вы слышали выстрел?

Т.Юнге: — Да. Я проходила мимо потом. Его уже в комнате не было».

Двадцатипятилетняя личная секретарша Гитлера покинула бункер 1 мая 1945 года через подземные коммуникации бункера и лаз, выходивший на Вильгельмплац. Потом она пробиралась с компанией таких же беженцев на юг. Однако затем вернулась к себе домой, в берлинскую квартиру, где и была арестована 9 июня 1945 года двумя штатскими лицами и отправлена в женскую тюрьму Лихтенберг. Впервые ее допросили через четырнадцать дней после ареста.

Из женской тюрьмы ее перевели в «подвал какой-то комендатуры». К ней был приставлен переводчик, которого звали Аркадий. Он предлагал подписать «бумагу о сотрудничестве». Сначала она отказалась, а потом согласилась и подписала.

В декабре он «организовал фотосъемку для документов, выписал удостоверение личности, устроил работать сестрой в регистратуру клиники Шаритэ». Далее фрау Юнге рассказывала, что «в один прекрасный день решилась» и покинула советский сектор, который не имела права покидать, и перебралась в Западный Берлин. Незадолго до своего ухода она случайно встретила Аркадия, он сказал: «У нас новый комендант. Все ваши акты исчезли».

Так ли все было, как рассказывает эта женщина? Как могли пропасть все документы? Да они и не пропали — существует же акт ее допроса от 3 июля 1945 года.

Новых данных о смерти Е.Браун получить не удалось. Однако «осмотр местности, где происходило сжигание трупов, показал, что осколочное ранение грудной клетки могло быть нанесено посмертно. Об этом свидетельствует сплошная пораженность стен бункера и деревьев вокруг этого места до самой земли осколками и пулями». Это цитата из материалов комиссии Клаусена.

И все-таки, несмотря на ряд доказательств, обнаруженных комиссией и подтверждающих версию о самоубийстве Гитлера, Клаусен не считает возможным сделать окончательные выводы по этому вопросу. Он пишет: «Окончательные выводы о судьбе Гитлера могли быть сделаны в результате:

а) эксгумации и перевскрытия предполагаемых трупов Гитлера и Евы Браун;

б) тщательного допроса личных врачей Гитлера — профессора Хаазе, находившегося в распоряжении Третьего Главного управления МГЮ СССР, другого — профессора Мюрреля (Морелла), выехавшего незадолго до капитуляции из Берлина на юг Германии — в распоряжение союзников».

Коль скоро это сделано не было, расследование по делу «Миф» завершилось ничем. А ведь в руках МГБ СССР на тот момент находились не только захороненные в Магдебурге трупы, но и живые свидетели. И свидетели важнейшие, такие, как Ганс Раттенхубер, Ганс-Эрих Фосс, Харри Менисхаузен, В. Ланге, Кете Хойзерман в числе других «56 арестованных военных преступников, свидетелей смерти Гитлера, разведчиков и карателей» были осуждены 7 сентября 1951 года Особым Совещанием при МГБ СССР на длительные сроки тюремного заключения.

И вот вместо ожидаемого однозначного ответа на вопрос: «Жив ли Гитлер, и если мертв, то его ли труп был обнаружен 4 мая в воронке у запасного выхода из бункера?» дело «Миф» породило целый ряд новых загадок.

1. Каким же был способ самоубийства? Для окончательного решения вопроса о том, куда был направлен выстрел (в рот или в голову), необходимо было сопоставить имеющиеся останки с частью черепной коробки, найденной группой Клаусена в 1946 году.

2. В случае решения первого вопроса можно было бы окончательно решить и другой — а вдруг Раттенхубер прав, и Линге, который «выполнил самый трудный в жизни приказ», все-таки выстрелил в фюрера?

3. Почему нельзя было допросить доктора Хаазе, который в это время находился в подведомственной Министерству юстиции тюрьме?

4. Что произошло на самом деле с одним из важнейших свидетелей — личной секретаршей Гитлера? Почему она выпала (а выпала ли на самом деле?) из поля зрения как контрразведки «Смерш», так и военной разведки и представителей НКВД? Кто и зачем дезинформировал группу Клаусена о том, что она тяжело больна?

5. Так была или нет у Гитлера реальная возможность уйти незамеченным из бункера и в хаосе и неразберихе военных действий попасть на ожидавший его где-то самолет?

И наконец. Что же больше всего помешало расследованию? Мелочные межведомственные игры или крупные политические интриги?

В 1970 году территорию военного городка в Магдебурге, занимаемого Особым отделом КГБ по 3-й армии ГСВГ, собрались передавать немецким властям. И тогда руководитель КГБ Ю. Андропов предлагает руководству страны простое решение вопроса. Его письмо в ЦК КПСС от 13 марта 1970 года № 655/А содержит следующие строки: «В настоящее время указанный военный городок, исходя из служебной целесообразности, отвечая интересам наших войск, командование армии передает немецким властям.

Учитывая возможность строительных и других земляных работ на этой территории, которые могут повлечь обнаруженные захоронения, полагал бы целесообразным произвести изъятие останков и их уничтожение путем сожжения.

Указанное мероприятие будет проведено строго конспиративно силами опергруппы ОО КГБ 3-й армии ГСВГ и должным образом задокументировано».

На документе имеется резолюция: «Согласиться. 16 марта» и подписи: «Л.Брежнев, А.Косыгин, Н.Подгорный».

Этому мероприятию присвоили название «Операция «Архив».

В ночь с 4 на 5 апреля, «согласно плану проведения мероприятия «Архив», оперативной группой в составе начальника в/ч п/п № 92626 и сотрудников этого же отдела было «произведено сожжение останков военных преступников, изъятых из захоронения в военном городке по улице Вестендштрассе, возле дома № 36 (ныне ул.Клаузенштрассе).

Уничтожение останков произведено путем их сожжения на костре на пустыре в районе города Шенсбек, в одиннадцати километрах от Магдебурга.

Останки перегорели, вместе с углем истолчены в пепел, собраны и выброшены в реку Бидевиц».5

Однако ликвидация трупов не являлась решением вопроса. Она лишь увеличила число нерешенных загадок вокруг смерти Гитлера.

Подведем некоторые итоги. НКВД-МВД СССР, допрашивая приближенных Гитлера, выискивая неточности и разночтения в их показаниях, заставляя их писать воспоминания о событиях конца войны, так и не смогло приблизиться к решению вопроса. А «Смерш» и впоследствии МГБ СССР тщательно охраняли имевшиеся в их распоряжении трупы и живых свидетелей.

Итак, что же осталось на сегодняшний день? Историки уже изучили все доступные им архивные документы и воспоминания. Но окончательный вывод о том, чей труп был сожжен под Магдебургом, сделать так и не смогли. После сожжения останков единственными вещественными доказательствами остались хранящиеся в Центральном архиве ФСБ осколки ампулы и челюсти и переданная в свое время вместе с фондом Секретариата МВД СССР в Государственный архив Российской Федерации часть крышки черепа. Наличие таких «вещественных остатков», собранных вместе, возможно, даст толчок для судебно-медицинских, биохимических и генетических исследований. И тогда представители естественных наук, а вовсе не историки, смогут дать четкий ответ.

Но будет ли кто-нибудь этим заниматься? Это тоже вопрос. И скорее всего в ближайшее время мы так и не узнаем, как окончил свои дни один из великих диктаторов XX столетия.

1 Центральный архив ФСБ (ЦА ФСБ).
2 Баур — шеф-пилот Гитлера.
3 Здесь и далее указанный акт #12 цитируется по тексту архивного документа ЦА ФСБ.
4 ЦА ФСБ.
5 ЦА ФСБ.
6 Подробно следственные материалы дела «Миф» описаны и проанализированы в статье В.А.Козлова «Дело «Миф»; расследование НКВД/МВД СССР обстоятельств исчезновения Гитлера (ноябрь 1945-1949 гг.)», опубликованной в 1996 году в журнале «Отечественная история» (#1-2).

Татьяна Царевская, Наталья Воякина



См. также:
Особенности системы Мартингейл
Получить микрозайм с сервисом ZaimOnline-Ru – легко!
ПРОЕКТ
осуществляется
при поддержке

Окружной ресурсный центр информационных технологий (ОРЦИТ) СЗОУО г. Москвы Академия повышения квалификации и профессиональной переподготовки работников образования (АПКиППРО) АСКОН - разработчик САПР КОМПАС-3D. Группа компаний. Коломенский государственный педагогический институт (КГПИ) Информационные технологии в образовании. Международная конференция-выставка Издательский дом "СОЛОН-Пресс" Отраслевой фонд алгоритмов и программ ФГНУ "Государственный координационный центр информационных технологий" Еженедельник Издательского дома "1 сентября"  "Информатика" Московский  институт открытого образования (МИОО) Московский городской педагогический университет (МГПУ)
ГЛАВНАЯ
Участие вовсех направлениях олимпиады бесплатное
Электрический котел Протерм Скат комплектуется расширительным баком 10 литров.. Гарантия производителя 2 года. Электрический котел Протерм Скат имеет очень высокий КПД - 99,5%, значительно снижая затраты и расходы на отопление. В дополнение к экономному отоплению, электрический котел Протерм Скат относится к отопительным приборам повышенной комфортности, как компактный и безопасный вариант источника тепла, отличаясь удобством в использовании и обслуживании, в отличие, например, от газового отопления, с целым рядом дополнительных неоспоримых преимуществ.

Номинант Примии Рунета 2007

Всероссийский Интернет-педсовет - 2005