Методические материалы, статьи

Мир рухнет уже в июле?

Конец каждого века сопровождается всплеском эсхатологических ожиданий — предсказатели и ясновидцы начинают особенно рьяно пророчествовать, предсказывая катастрофы и гибель человечества. Сколько раз это уже было! Но ХХ век, кажется, побил все рекорды. Предсказывается не только год всеобщей гибели, но и месяц. И предсказывает не кто-нибудь, а Нострадамус1, великий предсказатель всех времен и народов:

Год 1999, седьмой месяц,
С неба придет великий король ужаса,
(Чтобы) воскресить великого правителя Анголмуа
(И) до, и после Марса править счастливо.

Итак, уважаемые господа, спешите видеть! Занимайте места поудобнее, не пропустите ни одного кадра из захватывающего блокбастера — «1999 год, седьмой месяц»!

Это предсказание было сделано Нострадамусом четыреста с лишним лет назад, и за это время нисколько не потеряло своей актуальности; скорее, наоборот: судя по современной российской прессе, с приближением рокового года его содержание представляется все ужаснее, а указанное событие — неотвратимее.

Но о чем, собственно, идет речь? Попробуем разобраться. Но прежде взглянем на эпоху и самого Нострадамуса. Почему к нему такое внимание? И судя по всему — доверие.

Мишель де Нотрдам…

родился 14 декабря2 1503 года в маленьком городе Сан-Реми (Saint-Remy-de-Provence).

В 1518 году он начал учебу на факультете искусств в Авиньоне, папском центре. В 1521 году оканчивает факультет и получает степень магистра искусств. В 1529 году он приехал в Монпелье и поступил в медицинский университет этого города.

В мае 1544 года 43-летний врач появился в Марселе и принял участие в борьбе против эпидемии чумы, а затем — в Экс-ан-Провансе, где она бушевала десять месяцев. За успехи на медицинском поприще парламент Экса в 1546 году наградил Нострадамуса пожизненной пенсией.

После очередной поездки в Италию Мишель де Нотрдам выпустил предсказательный альманах на 1550 год3 На обложке этого издания впервые появляется псевдоним Nostradamus.

Титульный лист прижизненного издания «Пророчеств»

В начале лета 1555 года Нострадамус выпускает «Пророчества магистра Мишеля Нострадамуса». Это — собрание пророчеств о будущем Земли, написанных в стихотворной форме. Книга уникальная, не имеющая аналогов в истории оккультизма.

В 1557 году выходит второе издание этой книги — оно содержит 286 новых четверостиший, и общий объем его составляет 639 катренов в семи центуриях.

Следующее расширенное издание «Пророчеств магистра Мишеля Нострадамуса» вышло лишь после смерти автора, в 1568 году. В нем было 302 новых катрена, а общее число выросло до 942 в десяти центуриях. В этом издании впервые появилось большое пророчество в прозе, написанное в виде послания к королю Франции Генриху II.

Дети одного века

Подавляющее большинство авторов заостряет свое внимание именно на провидческом аспекте творчества Нострадамуса. При этом его образ неизбежно либо сдвигается в чисто оккультную плоскость, либо обретает черты авантюриста и шарлатана, недостойного мало-мальски серьезного исследования. И в том, и в другом случае фигура Нострадамуса оказывается вырванной из общего культурно-исторического контекста. А фон этот очень важен. Это время Леонардо да Винчи и Рабле, Кальвина и Торквемады. Все они и Нострадамус тоже — дети одного века.

Да, Нострадамус занимался астрологией и даже называл себя астрофилом, то есть любящим звезды; да, он издал книгу пророчеств. Но большинство деятелей Возрождения в той или иной степени отдали дань оккультным изысканиям. Творчество Нострадамуса в силу разных обстоятельств получило наибольшую известность, но оно отнюдь не уникально. Возрождение не сводилось к интеллектуальной или художественной революции, борьбе «старого» мировоззрения с «новым». Оно было насыщено яркими надеждами и горькими разочарованиями. С открытием Тихого океана выяснилось, что размеры Земли намного превышают предполагаемые; как оказалось, даже бывший владелец магазина морских карт Христофор Колумб сильно ошибался в оценке размеров нашей планеты. Картина мира внезапно расширилась, география и космология вторглись в общественное сознание эпохи. Это был шок.

Открытие Нового Света, а затем и Тихого океана неизбежно повлекло за собою изменение сознания. В период Возрождения уже было невозможно более оставаться личностью общины, корпорации, цеха, сословия, наконец. Общество стремительно эволюционировало от объединения цехов и корпораций к сообществу, состоящему из индивидуумов. В эпоху Возрождения появляется новое социальное понятие — личность. Эта тенденция достигла наивысшего проявления в XVI веке, в период, который застал Нострадамус.

Новому обществу нужна была новая наука, новое мировоззрение. В эпоху Возрождения наука перестала быть уделом исключительно узкого круга лиц — школяров и священнослужителей. Она вышла из узких рамок, где существовала ранее, — монастырей и университетов, и пришла в королевские замки, светские салоны и торговые дома. И эта наука уже коренным образом отличалась от науки эпохи Средневековья. Гуманисты и мыслители привлекли к формированию своей новой идеологии — в той или иной форме — магическое мировосприятие. Зачастую именно магия позволяла человеку стать свободным, а астрология как часть магии с ее системой уникальных, неповторимых гороскопов способствовала «вычленению» человека в отдельную личность со своими законами развития.

Более того, астрология бралась прогнозировать («предсказывать») этапы жизненной судьбы не только человека, но и государства. При этом прямо или косвенно подвергалась сомнению главенствующая роль Бога в человеческой судьбе; короли же, наместники Бога на Земле, выглядели в этой концепции либо обычными людьми со своими слабостями и пороками (звезды одинаково действуют на всех), либо слепыми игрушками в руках светил. Кардано даже составил и опубликовал гороскоп самого Христа.

Это трагическое противоречие Возрождения до сих пор ставит в тупик исследователей. Американский историк Чарлз Уилсон в своей книге «Преображение Европы. 1558 — 1648» пишет: «Оглядываясь назад, легко счесть их за мошенников; но перед тем как отвергать их, следует вспомнить, что часть тех, кто достиг научного величия в глазах последующих поколений, как Кеплер, добавляли изрядную дозу астрологии в свою астрономию… Этот иррационализм был не только результатом затемненного видения, возможно, это был жизненный компонент тогдашней интеллектуальной активности».

Э. Гарен, уделивший большое внимание истории оккультизма эпохи Возрождения, пошел дальше. Он полагал, что расцвет магии и астрологии — одна из главных черт времени Ренессанса; интеллектуал эпохи Возрождения, считавший себя ученым, обязательно был оккультистом. Он пишет: «Ограничимся виднейшими фигурами: Марсилио Фичино уделяет «магии» весьма значительное место в своих книгах о жизни; Джованни Пико посвящает ей смелую и волнующую апологию; Джордано Бруно называет мага мудрецом, умеющим действовать». Вообще эпоха Возрождения отмечена всплеском пророчеств. И «пророки» — люди самых различных воззрений и социального происхождения. Среди них — Лихтенбергер, астролог папского двора конца XV века; медик, естествоиспытатель, алхимик и маг Парацельс; малоизвестный ныне каноник французского города Лангра Ришар Русса; астролог французского королевского двора итальянец Лука Гаурико и, наконец, провансальский астролог и профессиональный врач Мишель Нострадамус.

Не следует думать, будто пророчество как особый, отдельный жанр утвердилось лишь в эпоху Возрождения. Учение о цикличности человеческой истории, тесно связанное с астрологией, появилось много веков назад, настолько давно, что уже не представляется возможным установить его авторов. Ее изучение в Европе не прекращалось никогда, причем особенно сильный импульс пришел с Ближнего Востока после Крестовых походов вместе с проникновением в Европу арабских, византийских и еврейских астрологических сочинений.

Кроме того, в Европе имелась своя собственная пророческая традиция, обусловленная господствующей здесь религией. В христианском учении, как известно, пророчество занимает очень важную роль. Вся Библия проникнута духом эсхатологии и прорицания, начиная от утверждения в Книге Бытия, что Господь создал «светила на тверди небесной… для знамений и времен» до апокалиптического повествования Иоанна, служивших прямым источником вдохновения для многих поколений христианских прорицателей.

А образ снятия семи печатей и следующих за снятием каждой из печатей событий? Он совпадает с еще иудаистской эсхатологической традицией, согласно которой миру отведено на существование шесть тысяч лет, согласно шести дням творения, по тысяче лет за каждый день. Начало же седьмого тысячелетия — снятие седьмой печати — знаменует начало конца современного нам мира, Второе пришествие, низвержение Антихриста, заточение дьявола и воцарение Царства Божьего на Земле. Еще через тысячу лет сатана будет выпущен из темницы «…и выйдет обольщать народы, находящиеся на четырех углах земли, Гога и Магога, и собирать их на брань…» После этого произойдет финальная битва сил Добра и Зла, в ходе которой сатана потерпит окончательное поражение. Непосредственно вслед за этим произойдут воскрешение мертвых, Страшный суд (суд на вечность) и конец света. «И увидел я новое небо и новую землю, ибо прежнее небо и прежняя земля миновали, и моря уже нет».

Итак, очень важный момент, до сих пор упускаемый исследователями Нострадамуса и светскими эсхатологами: от Второго пришествия и построения Царства Божьего до Страшного суда и воцарения богочеловечества должна пройти тысяча лет. И в результате получается, что сотворение мира от конца света отделяет семь тысяч лет.

Таким образом, работа христианских послебиблейских предсказателей значительно облегчалась. От них требовалось только установить верную дату сотворения мира. Иными словами, речь идет лишь об уточнении, временной привязке указанных в Библии поворотных моментов и о добавлении красочных подробностей к биографии Антихриста (который должен прийти к власти на Земле незадолго до снятия седьмой печати), его предтеч и сторонников.

Как мы увидим, Нострадамус пошел по этому пути дальше всех остальных прорицателей.

Что представляют собой пророчества Нострадамуса?

Прежде всего нужно сказать, что все они очень туманны и загадочны. Если кто-то надеется, что бегло ознакомившись с оригинальным текстом «Пророчеств» или с их хорошим переводом (который, кстати, сделать очень трудно, так как катрены изобилуют анаграммами, словами греческого, латинского и провансальского происхождения, сокращениями и словами, ныне вышедшими из употребления), он получит ясное представление о том, что и когда, по мнению Нострадамуса, ожидает наш мир в будущем, то сильно ошибается. Нострадамус за очень редким исключением не датировал свои предсказания, во всем объеме пророчеств встречается только четырнадцать точных дат. Кроме того, катрены скомпонованы без соблюдения хронологического принципа.

Причина «заметания следов» вполне понятна. Основная мысль пророчеств, несмотря на всю их туманность, совершенно ясна: ничего хорошего человечество не ожидает. Войны, катастрофы, массовые убийства, гибель коронованных особ, намеки на революции — есть от чего впасть в отчаяние! Такая пессимистическая картина будущего вполне могла повлечь за собой обвинения со стороны властей, и Нострадамус, очевидно, решил завуалировать картину и сделать ее более абстрактной.

Начнем с предисловия к главной книге — оно носит название «Предисловие М. Нострадамуса к своим пророчествам. Моему сыну Сезару Нострадамусу (с пожеланием) долгой жизни и счастья». «Твое позднее рождение, сын мой Сезар Нострадамус, побудило меня к долгой ночной работе, чтобы оставить тебе память о твоем отце, записав на бумаге то, что открыл мне Божественный дух через обращения небесных светил, на общее благо людей…

Уже давно я часто предсказывал наперед, что произойдет, указывая при этом, в каком месте это произойдет… Предсказанные события, как хорошие, так и плохие, происходили во всех уголках света… Однако, не желая причинить вреда не только нынешним временам, но и в особенности грядущим, я принял решение молчать и не записывать своих предсказаний. Ибо царства, группировки (sectes) и религии претерпят столь значительные изменения, что воистину станут полностью противоположными своему нынешнему состоянию. И если бы я раскрыл, что случится в будущем, люди этих царств, группировок, религий и вер сочли бы это будущее столь мало соответствующим тому, как они его себе представляют, что они прокляли бы то, что будущие поколения увидят и поймут…» (Preface, 1,4,5).

Нравственные границы пророчества Нострадамуса — это опасение вселить страх перед будущим. И не просто страх — неверное истолкование, потому что его основная мысль: мир ожидают глобальные перемены, которых не удастся избегнуть ни политикам, ни церковным иерархам, ни группировкам, ведущим борьбу за влияние на троны, ни новым религиозным течениям (очевидно, протестантским). Слово «царства» («regnes») можно перевести и как «правительства». Автор прозрачно намекает, что королевская власть не вечна.

Идея грядущих перемен в политическом устройстве Европы вообще и во Франции, в частности, высказывалась неоднократно и до Нострадамуса. Парацельс в собрании своих пророческих гравюр под вторым номером поместил изображение трех французских геральдических лилий. Авторский комментарий к этой гравюре говорит сам за себя: «Цветок вырос до предначертанной высоты. Тот, кто вырастил его, станет и виновником его увядания. Мудрость и страх Господень могли бы спасти тебя, но ты пренебрегла ими, обольщенная собственным любомудрием».

В предисловии к своим пророчествам Парацельс выражается еще более конкретно: «Многие говорят и пишут, каждый согласно своим способностям. Я не отвергаю того, что другие сделали в своей мудрости, ибо многочисленны предвестники крушения Монархии».

Но вернемся к Нострадамусу. «Потом я решил, — пишет он, — отказаться от этого правила, чтобы сообщить о приходе (к власти) простонародья и в темных и загадочных выражениях рассказать о переменах в судьбах человечества, хотя бы наиболее важных, не оскорбляя при этом их хрупких чувств…» (Preface,6). Это одно из самых значимых мест в текстах Нострадамуса. Даже очень скептически настроенный Э. Леони пишет: «Это может означать, что Нострадамус во всяком случае предвидел тот эпический социальный катаклизм, который мы знаем под названием Французской революции».

Но опять-таки ошибочно считать, что Нострадамус был единственным в своем обществе человеком, предсказывавшим приход к власти простого народа. Франсуа Рабле по неизвестным нам причинам счел нужным поместить в первом томе своей книги «Гаргантюа и Пантагрюэль» (вышедшем в 1534 году) стихотворение «Пророческая загадка» Меллэна де Сен-Желе (1491 — 1558):

Откуда-то придут в наш край родимый
Такие люди, коим нестерпимы
Ни отдых, ни веселие, ни смех,
И кои, не считая то за грех,
Людей любого званья совратят,
Повсюду сея распрю и разлад.
И если кто-нибудь любой ценой
Решит пойти дорогою такой,
Того слова прельстительные их
Натравят на друзей и на родных.
Не будет стыдно дерзостному сыну
Вонзить кинжал отцу родному в спину,
И даже на носителей корон
Меч подданными будет занесен.

Повсюду станут воздавать почет
Не тем, кто справедлив, а тем, кто лжет,
Ибо рассудок подчинится слепо
Сужденьям черни, темной и свирепой,
К соблазну жадной, подлой, суеверной.
О, сей потоп, прискорбный и безмерный!
Потопом смуту вправе я назвать:
Она не станет времени терять.
И всю страну охватит, и не минет.

Итак, понятно: провансальский прорицатель органично вписывается в контекст своего времени. Его писания как человека, безусловно, самого известного прорицателя эпохи Возрождения, еще при жизни познавшего всеевропейскую славу, не были новаторством. Вдохновение, а может быть, и какие-то подсказки он черпал из книг современников и более ранних авторов. При этом главные — либо источники семитского (арабского или еврейского) происхождения, либо работы средневековых авторов, таких, как Пьер д'Айи, и других.

Но есть и кардинальное отличие Нострадамуса от его предшественников.

Нострадамус перестроил последовательность событий и создал свою хронологию «от сотворения мира», которая сегодня представляется попыткой смешать иудейскую и христианскую традиции. Он первым предположил, что конец света произойдет много позднее, чем считали его современники, и что антихристов будет не один, а несколько.

А теперь — об этом знаменитом, «зловещем» катрене. С него начался разговор, им его и завершаем.

Конец света откладывается на неопределенный срок

Год 1999, седьмой месяц,
С неба придет великий король ужаса,
(Чтобы) воскресить великого правителя Анголмуа
(И) до, и после Марса править счастливо.

Вот как выглядит этот текст на французском языке:

L'an mil neuf cens nonante neuf sept mois,
Du ciel viendra vu grand Roy d'effrayeur:
Resusciter le grand Roy d'Angolmois,
Auant apres Mars regner par bonheur.

Что апокалиптического в этом катрене? Ровным счетом ничего, если не считать второй строки: «С неба придет великий король ужаса». Однако любой знаток французского языка после некоторых раздумий согласится с тем, что вышеприведенный перевод очень приблизителен. Начнем с того, что roy (в современном написании — roi) означает не только короля, но вообще правителя. (Вспомним, например, как в России того же XVI века говорили о «собаке крымском царе», хотя тот был вовсе не царь, а хан.) «Страшный» же эпитет «Roy d'effrayeur», «Король ужаса», также неоднозначен. Вполне возможно, что изначально это слово выглядело как «Roy defrayeur» («Король-искупитель»). Это предположение не выглядит фантастичным, если учесть, сколько явных ошибок и опечаток вкралось в текст Нострадамуса. Да и исходный вариант — «grand Roy d'effrayeur» — звучит для французского уха не столь ужасно. Можно перевести его и как «король, внушающий испуг». Что же у нас получается?

(В) седьмом месяце 1999 года
С неба придет великий правитель ужаса,
(Чтобы) воскресить великого правителя Анголмуа
(И) до, и после Марса править счастливо.

К первой строке мы еще вернемся, а сейчас сосредоточимся на третьей, в которой, по нашему убеждению, кроется весь смысл пророчества. Кто такой «великий король Анголмуа»? Зарубежные исследователи (прежде всего американские) утверждают, что «Angolmois» — не что иное, как анаграмма «Mongolois» («монгольский»), и на этом основании делают вывод о появлении на рубеже столетий нового Чингисхана, жестокого и удачливого завоевателя, от которого всему миру придется несладко. Некоторые авторы примешивают сюда Китай, Индию и Россию. Я не собираюсь подробно останавливаться на этой гипотезе, ее абсурдность (так же, как и ее политическая ангажированность) очевидна. Замечу лишь, что слова «mongolois» во французском языке нет и не было. Есть два слова для обозначения этого понятия: «mongolien» и «mongolique», первое из которых употреблялось в старые времена.

Думаю, «Angolmois» — это механическая смесь слов «Angoumois» и «Angouleme». Ангумуа, или графство Ангулемское — регион Франции. Известен он коньяком, родиной которого является (город Коньяк находится в Ангумуа). Однако Ангулем знаменит не только этим. На этой земле увидел свет один из замечательнейших людей своего времени. По странному совпадению, он был королем и современником Нострадамуса.

Франциск Орлеанский Валуа

… граф Ангулемский и герцог Савойский, родился в Коньяке 12 сентября 1494 года. На престол он взошел в 1515 под именем Франциска I. Это был очень деятельный и противоречивый монарх. Среди его деяний — продолжение опустошительных и по большому счету бессмысленных итальянских войн, и в то же время именно он положил им конец. Он изо всех сил пытался укрепить державу, много воевал и даже на одной из войн был пленен. Интересно, что парижане всем миром собрали деньги на выкуп монарха. Уже тогда современники чтили Франциска не за военные удачи и просчеты. Когда молодой и прогрессивный король взошел на престол, в памяти еще был жестокий тиран Людовик XI и его злодеяния. Франциск был полной его противоположностью, именно он открыл двери страны свободолюбивому и гуманистическому духу итальянского Возрождения, способствуя распространению его идеологии не только во Франции, но и во всей Европе. Именно он собрал при своем дворе поэтов и живописцев — прежде всего итальянского происхождения. История никогда не забудет ни того теплого приема, который Франциск I оказал великому Леонардо да Винчи, ни того, что он фактически спас от церковных преследований Франсуа Рабле. При этом он не вмешивался в дела людей искусства, не указывал, что и как следует делать. Именно Франциск придал французскому языку статус официального (вместо латыни), основал государственную типографию и Коллеж.
В Лувре есть два портрета Францискa I. Первый — официальный, «для истории», принадлежащий кисти Ж. Клуэ. Благородный удлиненный нос, ни единой живинки в лице, невозможно понять, о чем думает монарх. Лишь орден св. Михаила на груди символизирует торжество разума и просвещения над тьмой невежества и злобы. Но стоит взглянуть на второй портрет, принадлежащий кисти Тициана, как отпадает всякая потребность в знании «орденской символики» той эпохи. Великий итальянец изобразил человека жизнерадостного, открытого, лицо которого озарено широкой улыбкой. Он того и гляди рассмеется, но не позволяет этикет. Настроение портрета (кстати, он находится в двух шагах от «Джоконды» Леонардо) настолько сильно, что передается зрителю и сейчас, спустя пять столетий! Нет, сомнений быть не может: он — монарх с человеческим лицом, явление совершенно немыслимое в прежние времена.

Нострадамус и его единомышленники не могли не испытывать симпатии к «великому королю Ангумуа», период правления которого казался тем более блестящим и спокойным на фоне хаоса, в который оказалась ввергнута Франция при его преемниках.

С именем Францискa I связывалась целая эпоха, о возвращении которой, как нам думается, и идет речь в катрене.

Ключевое слово третьей строки — «воскресить». На личном гербе Франциска красовалась саламандра, объятая пламенем, — существо культовое для алхимиков, ведь она возрождается из огня! Девиз Франциска гласил: «Nutrisco et extinguo», «Я питаю его (огонь), и я гашу его». Наконец, Франциск был человеком Возрождения, а сам глагол «возрождаться» близок к глаголу «воскресать».

Что такое «король, внушающий испуг»? Об ожидаемом затмении 11 августа 1999 года (29 июля — седьмого месяца — по юлианскому стилю, при котором жил Нострадамус) говорено более чем достаточно. Однако можно ли назвать затмение чем-то, «внушающим испуг»? Можно, но лишь для варварских племен. Да к тому же в катрене нет указания на то, что «ужас», или «испуг», внушенный этим «королем», хоть как-то оправдан. Что касается сакраментального уточнения, будто он придет с неба, то мне кажется, это всего лишь поэтическая метафора. «Venir du ciel» («приходить с небес») может означать просто возвышенное состояние духа. Эта метафора используется и теперь; например, шансонье Франсис Кабрель поет:

Je viens du ciel et les etoiles entre elles
Ne parlent que de toi…

(Я прихожу с небес, и звезды между собою
Говорят лишь о тебе…)

Таким образом, катрен неожиданно обретает гуманитарно-поэтическое звучание, полностью теряя апокалиптическое содержание. Неясным остается лишь смысл последней строки. Слово «Mars» может с равной долей вероятности означать и «Марс», и «март». Может, речь идет об одном обороте Марса (два года)? «Bonheur» означает «счастье, благополучие». Счастье для кого — для монарха или для его народа? Скорее всего, для народа. Вряд ли кто-нибудь будет отрицать, что нынешняя культура переживает глубокий кризис, культурный кризис переживала и доренессансная Европа. Возрождение принесло человеку Европы освобождение от тесных рамок, в которых он задыхался, — человек общины, цеха превращался в человека мира. Возрождение несло терпимость к чужим взглядам, убеждениям и верованиям; диалог культур стал возможным именно благодаря ренессансной идеологии. Что несет нам грядущее Возрождение? Эволюцию человека мира в человека Космоса? Появление новых, невиданных доселе форм творческого самовыражения?

В сегодняшней Европе рушатся границы — замечательный пример того, как государственные правители облегчают выполнение духовных и творческих задач. На Европу смотрит весь мир, напряженно следя за беспрецедентным экспериментом по объединению стран, многие из которых некогда считали друг друга заклятыми врагами.

Возвращаясь к нашему герою, доктору Нострадамусу, следует вспомнить о 94-м катрене III-й центурии, который, судя по всему, имеет прямую связь с пророчеством о 1999 годе:

De cing cens ans plus compte lon tiendra,
Celuy qu'estoit l'ornement de son temps:
Puis a vn coup grande clarte donra,
Qui par ce siecle les rendra trescontens.

Более пятисот лет будут принимать во внимание (вспоминать)
Того, кто был украшением своего времени.
Затем он внезапно прольет великий свет,
Что сделает (людей) очень довольными своей эпохой.

Итак, дела короля намного переживут его самого; более того, эпоха, которую он застал, повторится через пятьсот лет и сделает жизнь людей счастливой. Вот какую посмертную судьбу уготовил магистр Нострадамус своему современнику, графу Ангулемскому и герцогу Савойскому, известному в истории под именем Францискa I, христианнейшего короля Франции.

1 О Нострадамусе читайте в журнале «Знание — сила»: Э. Берзин. «Сын своего века», 1975. #6; Э. Берзин. «О России. Предсказание Нострадамуса», 1991, #11; Э. Берзин. «Умел ли Нострадамус предсказывать?», 1993, #12.

2 Все даты приводятся по старому стилю.

3 Альманахи на 1550 — 1554 годы до наших дней не дошли. Первый известный альманах датирован 1555 годом и выпущен в 1554 году.

Алексей Пензенский



См. также:
Диплом на заказ в Тюмени
Игра с живым дилером
Выбираем геймплей по шансам
Повышение квалификации специалиста по закупкам
ПРОЕКТ
осуществляется
при поддержке

Окружной ресурсный центр информационных технологий (ОРЦИТ) СЗОУО г. Москвы Академия повышения квалификации и профессиональной переподготовки работников образования (АПКиППРО) АСКОН - разработчик САПР КОМПАС-3D. Группа компаний. Коломенский государственный педагогический институт (КГПИ) Информационные технологии в образовании. Международная конференция-выставка Издательский дом "СОЛОН-Пресс" Отраслевой фонд алгоритмов и программ ФГНУ "Государственный координационный центр информационных технологий" Еженедельник Издательского дома "1 сентября"  "Информатика" Московский  институт открытого образования (МИОО) Московский городской педагогический университет (МГПУ)
ГЛАВНАЯ
Участие вовсех направлениях олимпиады бесплатное
гостиницы москвы эконом класса Тишину и крепкий сон (после 23.00 гости наших постояльцев должны покинуть территорию). Самый спокойный и приветливый отель в Одинцово— «СОЦИОГЛОБУС» — это островок, который скрасит ваше пребывание в столице и сделает быт максимально комфортным.

Номинант Примии Рунета 2007

Всероссийский Интернет-педсовет - 2005