Методические материалы, статьи

Орудия слабых: технология и социальная логика крестьянской семейной экономики

Логика действий в неформальной экономке — это незатейливое, простодушное и вместе с тем лукавое изобретение человечества. Это изобретение людей, плотно и без остатка вписанных в социальный и природный контекст данной общности. Это — изобретение «голи», которая, как утверждает пословица, хитра и горазда на выдумки, которые позволяют, особенно не напрягаясь, не калькулируя и заранее не просчитывая возможную выгоду, отжать без остатка все доступные субъекту ресурсы.

Вдобавок это вносит в будничную рутину творчество, моменты игры и азартности существования. Это, как правило, миниатюрные воплощения ловкости, удачливости и грациозности ежедневной жизни.

Мир, построенный с учетом таких технологий, становится не столько комфортабельным, сколько уютным, причем каждый раз по-своему.

Акты неформальной экономики — скромные изобретения человеческой повседневности, накрепко привязанные к субъекту. Им можно подражать, их можно использовать, но каждый раз на свой собственный лад; они в принципе неповторимы.

Один из важнейших результатов такой деятельности — феномен предельно обжитого мира, полностью «обтоптанного» (как выразился однажды социолог А.Ф. Филиппов) социального пространства, где действует субъект.

Как же все это выглядит в действительности? Бегло пройдемся по тем основным «жизненным мирам», где изобретаются «орудия слабых» и где посреди нехитрых рецептов крестьянской кулинарии, рваной одежды, отходов и мусорных свалок прорезывается социальная логика повседневности. Процитирую отрывки из нормативов, записанных в ходе полевых социологических исследований крестьянства Южной России (время записи — осень 1999 — зима 2000 года).

Еда
«Как можно экономить и изобретать? Ну, в первую очередь здесь — это еда. Мы сейчас почти полностью пересели на овощи, потому что на мясо у меня денег нет. Единственное, что я могу себе позволить, — это рыба, потому что рыбу можно выменять на самогон. Раньше я рыбу только жарила, а теперь я и котлеты, и пельмени, и тефтели, и мариную, и с томатом, и без томата, и уха, и все что хочешь. (Смеется).

Так что я живу бедновато, но дети у меня голодные не ходят. И когда у меня бывают гости, у меня все равно хоть что-то на стол поставить найдется. Я вот эти пельмени сделала из рыбы. Но рыбой они не пахнут, потому что я в фарш добавляю свиное сало и лук пережаренный. Я раньше думала (и мне говорили), что котлеты и пельмени можно делать только из судака и щуки. А сейчас я делаю фарш из сазана и из карася. Я все ободрала, перемолола на мясорубке и сделала фарш. Хребты пошли на уху, я их проварила. Вот считай, что и первое, и второе у меня приготовлены. Дети у меня не очень любят рыбу кусками. А вот котлеты, пельмени, тефтели они с удовольствием едят. Вот я сейчас с нетерпением жду капусту, потому что я люблю делать капустные котлеты. Я жду картошку, потому что можно делать драники.

Я поняла, что дрожжевое тесто самое выгодное! Яиц в него класть не надо. А что надо? Кисляк, немножко сахарку, постное масло. И все! А теста получается очень много. Можно печь и булочки, и пирожки, и пироги, и все что хочешь. И рулеты на выбор: хочешь — сладкие, хочешь — с зеленью. Меня мама научила, и я пеку хлеб…

У меня дети варят сами из сахара конфеты, чтоб не покупать. Я делаю сама сладкую халву: прокручиваю через мясорубку семечки в скорлупе два раза. Халва получается темная, но вполне съедобная.

Я в этом году купила приспособления пластмассовые, вроде фильтров. Они в мясорубку вставляются. И с их помощью можно делать лапшу, вермишель и рожки. Яйца у меня есть, мука есть. Потом всякие закатки. У нас на работе хорошо насчет рецептов. И мне подсказывают, как новые закатки овощные сделать.

Все это делается хоть и от нужды, но здесь еще много всякого интересного. Я, например, приспособилась отваривать галушки, а потом их обмакивать в такую приправу из жира, лука, травы. И получается второе. Я открываю салат — и, пожалуйста, наедаемся.

У нас одна женщина так говорит: «Мы сами хлеб не едим, но хлеб покупаем, чтобы собак кормить…» А я их кормлю заваренной дертью. Ну и всякими остатками… Я приспособилась мыть тарелки после борща так: сначала мою одну, потом из нее переливаю жирную воду во вторую, потом эту же воду в третью. И знаешь, какой бульон получается для собак! Сам бы ел! (Хохочет). Раньше хоть сухарики мы собакам бросали в миску, а сейчас мы завели кроликов. Теперь сухарики идут только на кроликов, особенно если матка есть, ее подкармливать обязательно надо». (Алла).

Тряпки
«Вот вы говорите экономика, экономика… А у меня так — у меня ни одна тряпка зря никуда не уходит. Никуда! Если это платье старое, я из него фартук сделаю. Или матерчатую сумочку. Или занавесочку. Или мешочек для семян. Но это уже будет последнее, что можно сделать. Или колпачок на заварной чайничек. Или матерчатую подставку под этот же чайничек: подложишь ватинчику, красиво так обстрочишь, и так мило получается на столе! Прихваточки я делаю тоже, на шнурочках — сковородку, кастрюльку взять. Так что ни лоскутка не пропадает. Или возьмешь старый шарф, обложишь его юбочной тканью, и получаются красивые утепленные рукавички ходить за дровами или в сарай. Или что-то вроде следочков теплых можно сделать из шарфа для зимы, как такие теплые тапочки, мягкие. В общем, все идет в дело! Безотходное производство… А уж последняя стадия — это тряпичные половички круглые. Это уже дальше некуда — дальше смерть вещества!

Если делать вещам своевременный ремонт, это тоже значительная экономия. Или возьмите простыню, середина в простынях всегда пронашивается быстрее. Ее можно пополам разрезать, края составить и прострочить, она еще сколько времени прослужит. Потом, когда она и здесь проносилась, можно разрезать крепкие места и понаделать полотенец…» (Людмила).

Утварь
«Даже вот взять прохудившуюся кастрюлю, я в ней собакам корм даю. Там же дырочка маленькая, и собака вполне успевает поесть, покуда похлебка собачья на землю уйдет. Но собака-то и землю вылизать может, ей это даже полезно.

В деревянную бочку без дна я скидываю все битое стекло; поставила за углом, чтоб ее не было видно, и валю туда все, что режется, колется, под ногами мешается. А потом, когда весной прибираюсь, я поднимаю эту бочку, все железяки и стекляшки кучкой на земле лежат, я их лопатой на тачку гружу и потом везу на свалку. Все!

Мне иной раз даже приятно в эту бочку заглядывать. Во-первых, я вижу, что хлам прибран до места. Прибран аккуратно. А потом я посредством этой бочки вижу, что из посуды надо обновить. Допустим, чашка там лежит битая: о-о, надо ведь чашку купить, а то не хватает. Так что эта моя бочка, как жизненная история моей семьи». (Галина).

«Я могу и шапку перетянуть, и диван перетянуть. Я могу и мягкую мебель починить, и кресло, и стул. Вот эти стулья были выброшены чуть ли не на помойку. Я их взяла, отшкурила, морилочкой прошлась и покрыла лаком. Все шурупы сменила… И эти стулья будут еще мне служить. Я один раз видела, как соседка четыре стула вывезла и сожгла! Зачем? Отдала бы людям бедным…

Выбрасывается только то, из чего уже ничего нельзя сделать. Тряпок в мусорном ведре нет. Бумага сжигается в печке. Из обуви не подлежит восстановлению резиновая подошва, если она напрочь сшоркалась. Значит, в ведре только крышки, битое стекло, горелые спички. Отходы от картошки, зелень — все это курам идет. И скорлупа яичная тоже курам… И если я сегодня банку консервную не открывала, то у меня и мусора-то не будет никакого.

А в городе? В городе больше выбрасывают. Я видела — целые батоны валяются. Ну если ты чувствуешь, что не съешь весь хлеб, который купила, сунь ты его в духовку, сделай сухари! Черствый хлеб на квас использовать или на панировочные сухари. Пакеты полиэтиленовые я с мылом мою, только из-под селедки выбрасываю… Я люблю порядок». (Светлана).

Обувь
«В обуви прежде всего выходит из строя застежка-молния и шнурки. Но часто бывает, что молния цела, и я ее выпарываю. И шнурки обязательно из обуви выдергиваю. Особенно капроновые белые. Они не рвутся. Их можно второй раз использовать. Если колготки у девчат сильно порвутся, что их не заштопаешь, я их тоже не бросаю. Рваные колготки я приспособила для того, чтобы цедить мел. Или на веник их натягиваю, он гораздо дольше служит. Или же я в таких колготках лук храню, вешаю в кладовке». (Лидия).

Сети знакомств (социально-экономические)
«У меня была соседка по Кооперативной улице, где мы раньше жили. Ее зовут Евдокия Васильевна. Она мне как мать. Я, когда сюда приехала, я была как ребенок. Ведь я домашнюю живность никогда не водила. Я и кричу ей постоянно через забор: «Васильевна, у меня цыпленок голову как-то странно клонит!» — «Сейчас!». Она бросает все и приходит разбираться с цыпленком. И видно, что человек от души хочет помочь. Дать консультацию… Она мне кур резала постоянно. Если у поросенка красные пятна по шкуре пойдут, она чем-то его вылечит. А я ей стельки в калоши сделаю — толстые, теплые. Или халат скрою. Если крой сделать четко, то потом шить одно удовольствие! Платье сидит, как перчатка.

Сейчас у меня появилось много знакомых. Вот Володя, токарь. Николай Петрович, печник. Витя, плотник. Гарик, который мне заказал чехлы для мебели. И другие… У нас нет четкого обмена, но мы всегда действуем по принципу «услуга за услугу». Общение у нас чисто деловое: заказчик — клиент. Особых моральных или духовных связей у нас нет. Но я без них не представляю, как я проживу.

Николай Петрович приносит обувь в ремонт, спрашивает, сколько заплатить. А я отвечаю: «Николай Петрович, мне вот нужно печку поправить…» Он приходит и делает. Потом я для внучки его шубку шила. А он мне пшеницу привозил. И я ему много услуг оказала, и получается так, что он уже мне должен. И он пообещал мне печку в бане сделать. Я уже за эту печку для него отработала. Я ему делала, и он теперь считает, что он мне должен. И он сделает печку, когда я кирпич достану…

Я Витю-плотника спрашиваю: «Сколько стоят ставни?» — «Двести рублей». И я уже придерживаюсь этой цены, то есть делаю ему адекватную по стоимости работу. Мы договариваемся и все вопросы решаем…» (Мария).

Обмены и дарения
Из месяца в месяц объем взаимных обменов, дарений, трудовых услуг занимает чуть ли не четверть общего бюджетного оборота семейного хозяйства, однако эти достаточно мощные и ощутимые потоки ресурсов систематически не фиксируются. Они расцениваются крестьянами как нечто несущественное, второстепенное, неважное. Вернее, так: эти обмены и взаимопомощь не рефлексируются как значимый факт существования. Этот вид неформальной экономической практики дислоцируется в крестьянской повседневности как общая жизненная атмосфера, как воздух. Он незаметен, хотя жить без него нельзя ни минуты.

Сам социолог-полевик довольно часто попадает в обменные сети, расплачиваясь за труд крестьян, ведущих бюджетные таблицы, и таким образом покупая информацию, вручая подарки, выполняя разного рода просьбы. Его часто одаривают продуктами крестьянского труда (мед, варенье, домашняя выпечка), крестьянского промысла (сушеная рыба, соленые грибы и ягоды), крестьянских умений (шерстяные носки, вязаные рукавицы и прочее). Отказаться — значит обидеть дарящего. Однако вполне обоснованная и рациональная попытка социолога включить эти дары и услуги в бюджетную таблицу, зафиксировать их стоимость порождает чуть ли не взрыв крестьянского негодования: «Да разве же можно это считать?! Да это мы из уважения даем!».

Для крестьянина такого рода дар очень ценен и, если так можно сказать, церемониален. Он не может (и не должен) быть систематическим, повседневным. Чувствуется, что респондент, сам того не осознавая, дает понять, что приезжий социолог, хотя и свой, близкий, но все же принципиально чужой. «Свой» потому, что эти обмены и дарения имеют перспективу, хотя и небольшую (бюджетные исследования с помесячной платой продолжаются в течение года). А «чужой» потому, что в постоянную обменную сеть постороннего человека вводить нельзя, неудобно и опасно, поскольку он становится свидетелем корпоративных секретов. Одной рукой обнимая и дружески похлопывая социолога, сельское сообщество другой рукой ласково и смущенно, но вполне определенно на всякий случай легонько подталкивает его к выходу из собственного привычного мира.

Социология
При попытке выстроить социологический комментарий к описанному целесообразно опереться на истолкование значения термина «экономический», которое было предложено Карлом Полани. Это понимание вытекает из отношения между целями и средствами их достижения и означает «делать все возможное». И речь идет не только об экономике.

Как видим, крестьяне развили в себе виртуозные способности к выживанию, к противостоянию обстоятельствам и вызовам судьбы. Эти способности бесценны именно в экстремальных условиях, когда семейная экономика вынуждена развернуться на самое себя, замкнуться в кругу родственных социально-экономических структур, стремительно нарастить сеть горизонтальных, стихийно-кооперативных связей с родственниками и односельчанами. Эти способности буквально из ничего сотворили сегодня некую самодельную гарантийно-страховую систему, цель которой — физическое и социальное выживание.

Эти способности, эти неприхотливые социально-технологические изобретения, эти выдумки и затеи можно было бы назвать «орудиями слабых», то есть людей, которые искусно и привычно балансируют на грани выживания, довольствуясь малым и не ставя непременной целью принципиально изменить пространство своего повседневного существования. Они буквально распылены вокруг социального субъекта, они повсеместны и по причине своей простоты доступны всем — детям, женщинам, старикам. Без их неуклонной и постоянной работы был бы недостижим эффект максимально «обтоптанного» социального пространства, эффект элементарной исправности и налаженности мира.

Однако «орудия слабых» — это слабые орудия. Романтизировать их возможности было бы неверно. Они как бы замыкают циклическое социальное время. Именно с их помощью конструируются довольно прочные структуры как витальной, так и социальной «терпеливости», где консервируются существенные элементы той общественной бесчувственности, которая в определенной мере свойственна населению современной России.

Это мощный инструмент социальной инерции, это машинерия привычки, это поле изобретения чудес, которые давно выдуманы и опробованы человечеством.

Валерий Виноградский



См. также:
«Вулкан Платинум» распахивает свои двери для гостей
Мир восхитительного азарта и развлечений ждет вас в гости
Все о бесплатных играх
Горнолыжное снаряжение и его типы
Керамика раку: простота, вмещающая космос
Игровые автоматы: бесплатно или на деньги?
Бонусы: липкие и обычные
Все о грамотном бонус-хантинге
Полиграфические и копировальные услуги в Москве
ПРОЕКТ
осуществляется
при поддержке

Окружной ресурсный центр информационных технологий (ОРЦИТ) СЗОУО г. Москвы Академия повышения квалификации и профессиональной переподготовки работников образования (АПКиППРО) АСКОН - разработчик САПР КОМПАС-3D. Группа компаний. Коломенский государственный педагогический институт (КГПИ) Информационные технологии в образовании. Международная конференция-выставка Издательский дом "СОЛОН-Пресс" Отраслевой фонд алгоритмов и программ ФГНУ "Государственный координационный центр информационных технологий" Еженедельник Издательского дома "1 сентября"  "Информатика" Московский  институт открытого образования (МИОО) Московский городской педагогический университет (МГПУ)
ГЛАВНАЯ
Участие вовсех направлениях олимпиады бесплатное
двигатели бензиновые Как вы можете оплатить нужную вам запасную часть для вашего автомобиля. Способ оплаты первый. Контрактный двигатель вы можете оплатить наличными в кассу в магазине или карточкой банка.

Номинант Примии Рунета 2007

Всероссийский Интернет-педсовет - 2005