Методические материалы, статьи

Время временится из прошлого

…и при слове «грядущее» из русского языка выбегают мыши и всей оравой отгрызают от лакомого куска памяти, что твой сыр дырявой.

Так писал Иосиф Бродский о том, чего не существует, даже когда придет пора, о том, чего не было даже и в мыслях людей, ведь грядущее овладело мечтами, лишь когда, собственно, и наступила эпоха Будущего. А до этого люди, не ведающие о ходе истории, едва осмеливались заглядывать в прошлое и почти не помышляли о завтрашнем дне. Только системное образование новой эры сумело привить представления о смене исторических эпох и нацелило человека в завтрашний день.

Десятки тысяч лет — то есть всег-да — человеческий род сопровождал культ Предков. Казалось бы, ныне он превратился в полузабытые верования, нашедшие последнее пристанище, скажем, в конфуцианстве или архивистике… Но на самом деле, все не так: любой, даже наисовременнейший среди нас экземпляр хранит «за левым плечом» несомненный культ Предков, привитый устаревающей системой образования. Школа до сих пор не столько наделяет знаниями и умениями, сколько пытается привить почтение к классикам. Всякий курс начинается со знакомства с признанными деятелями данного направления, с развитием их идей. Мы не изучали предметов, мы знакомились с успехами одноименных наук, причем с успехами классического (то есть ушедшего в прошлое, герменевтически постижимого) периода. Благородные портреты на стенах убеждали нас: вы, мол, карлики, стоящие на плечах гигантов. Однажды я использовал простой способ выделить реликты культа Предков у своей аудитории: у младших школьников спрашивал, какого росточка были великие писатели, а у студентов — какой средний рост был у людей прошлого (живших пять — десять тысяч лет назад). Разумеется, все это были великаны!

Ничего плохого в этих «ошибочных» представлениях нет. Так устроены потоки информации в социуме, плоть которых — «общественные мифы». Когда-то почитание прошлого было «законной» основой не только обыденных представлений, но и официальных религий. Кстати, считается, что миф направлен в прошлое, а религия — в будущее, в этом их различие. Действительно, в религиозном мировоззрении воздаяние за сегодняшние действия приходит в далеком будущем (обычно уже за гранью смерти, в следующих перерождениях, у потомков и т. п.). Но корни религии все равно остаются в сакрализованном Прошлом.

Убеждение в том, что некогда была на Земле прекрасная эпоха, золотой век, бытует по сей день. «Первым поколением людей правил Кронос, они не ведали горя, трудов и болезней, а земля, не знавшая плуга, сама несла урожай. Но жизнь ухудшалась, наступили века серебряный, медный, далее век героев и, наконец, железный век, испорченный и жестокий, полный труда и печали». Об этом рассказывали античные мудрецы Гесиод и Овидий. Подобные представления бытовали не только в Европе. Этнолог Ю.Е. Березкин утверждает, что Эпоха первопредков — это единственная подлинная универсалия, присущая мифологиям практически всех народов мира. Что же это за эпоха? Существовала ли она на самом деле?

Нетрудно дать простое объяснение: золотой век соответствует палеолиту, когда царило присваивающее хозяйство, век серебряный — началу аграрного хозяйства в неолите, героический — эпохе мировоззренческой реформы, а железный отождествляют с историческим периодом (кстати, ушедший ХХ век точнее всего назван «веком бумаги», которую можно найти у каждого и в любом помещении). Многие сюжеты говорят об оскудении, падении человечества по окончании золотого века. Похоже на правду: еще античные земледельцы столкнулись с экологическими проблемами — однообразием и скудостью пищи, недостатком дичи, истощением почв. Сведение лесов, пожары, шествие болезней и падение нравов в растущих городах резко ухудшили условия жизни…

Однако это объяснение слишком поверхностно. На самом деле, золотой век — символ, сакральный образ. Он объяснял возникновение мира, всех его элементов и главное — Первочеловека, смертью которого золотой век завершается. Для мифического прошлого находили удивительные слова. Эпоха созидания. Сфера первопричин. Происшествие первособытий. Дом архетипов. Когда зубы времени были разомкнуты. Когда вечные люди странствовали по земле. Время сновидений… Впрочем, Первопредки ушли, попрятались в камни с отпечатками австралийских полупрозрачных рисунков. А на поверхности остались обычные люди, которые Прошлое глубоко почитали.

Инициация у австралийских аборигенов: выбивание зуба. Ее смысл не гигиенический, а магический – избежать малой жертвой более страшных событий

Как объяснить повсеместное распространение культа Прошлого, мистики ветхого? Почему и нас так волнуют тени былого? Вряд ли это связано с тем, что прошлое определяет настоящее (которое ведь остается обыденным). Ответ кроется в природе мифологического мышления. Этнологи не без оснований считают, что мифы возникают из страхов и снов (а точнее, видений, рожденных дурманом, сном и болезнью). Без них не вырвешься из обыденности, не попадешь в мир мистики. И в мире Прошлого было кого бояться — это сами Первопредки, не кто иные, как великие Мертвецы, повелители благих и дурных событий, смерти и прочей чертовщины.

Чтобы оградить себя от их пугающего влияния, люди предпринимали колоссальные усилия. Взять хотя бы обряд захоронения. Долгое время было принято считать его элементы пожеланием скорейшего воскрешения. А все наоборот. Люди невероятно боялись возможного возвращения умерших и всячески старались этому воспрепятствовать (реликты этого страха живы по сей день, особенно в детских поверьях). Так вот, умершего связывали по рукам и ногам, втискивали в кувшин или пещеру, обували, старались вернуть его вещи, клали еду — лишь бы он не вернулся. Таскали по лесу, стараясь запутать следы. Отделяли голову и помещали к ногам. Глаза закрывали камешками. Участвуя в раскопках скифских захоронений, я вначале не мог понять, зачем делать могилу в виде лабиринта, класть сверху огромные камни, а тело слегка обжигать на огне. Оказывается, чтобы ушедший не вернулся из Нижнего мира, заблудился там. А чем страшнее и влиятельнее человек был при жизни, тем опаснее его возвращение в качестве Мертвеца. Самые большие камни, когда-либо «возложенные» на могилу, — египетские пирамиды. Самый подробный инвентарь (не дай Бог, что-нибудь окажется упущенным!) поступал в могилу восточных владык: целые магазины утвари, а также воины, слуги, жены, еда, лошади… И, конечно, золото. Будь оно только украшением, оставалось бы сверкать в лучах солнца и женской красоты, а не уходило во мрак. Нет, это символ — подземный огонь, кровь хтонического божества, оттого и возвращалось золото в Нижний мир.

А затем жителю Иного мира воздавались почести и жертвы — иногда в течение целых тысячелетий. Известна пословица: «О мертвых либо хорошо, либо ничего». А еще говорят: «Мертвые хватают за ноги живых» — эту поговорку любил Карл Маркс. Ведал ли он, что сам станет культовым Первопредком и «схватит за ноги» миллионы людей? В ХХ веке почитание Великих оказалось вплетено в ткань многих идеологий, а жертв, в том числе человеческих, было принесено больше, чем когда-либо.

Страх перед прошлым ничем не обоснован, но он сильнее, чем перед будущим. Если интерес к прошлому мистический, то к будущему — фантастический. Возник этот интерес сравнительно недавно — по меркам истории человеческого рода — и развивался постепенно. Культ прошлого все основательнее заменяется культом будущего. Практически на наших глазах завершается период почитания предков и пренебрежения к потомкам.

Богиня с огромной пастью похищала младенцев, правила судьбой, покровительствовала женским занятиям. У нее тысячи имен и обликов, полученных от разных народов. Так – в образе медузы – ее изображали этруски

Как сегодня стали ценить детей, особенно в стареющем европейском обществе! А как к ним относились раньше? Первыми приносили в жертву. Действительно, проще было отдать свирепому языческому богу бесполезное дитя, нежели взрослого добытчика. Особенно много жертв требовали женские божества, которых наделяли ужасным нравом. Младенцев хватала богиня с огромной пастью, покровительница женского начала и хозяйка судьбы, носившая тысячи имен среди разных народов. Обычно ее изображали в образе птицы. Отдельные варианты нам неплохо известны из мифологий: Лилит, Гарпия, Лебедь. Громадные белые птицы, увлекающие мальчика прочь от сестры… Конечно, детей попросту уносили бесчисленные болезни. Однако и ритуальный инфантицид был в порядке вещей. Некоторая информация дошла до нас напрямую, например, через библейские тексты. Требовательная пасть Молоха, жертвоприношение Исаака (Авраам даже не пытался опротестовать гибель сына), а также предание о том, как божество, явившееся в образе медведицы, разрывает детей, всего лишь посмеявшихся над благочестивым стариком. Можно спорить, события это или только символы, для меня важно, что они отражают реальные представления людей того времени.

Еще одной формой жертвоприношения был обряд инициации. По всей ойкумене детей подвергали ритуальному травмированию, главный смысл которого — заменить большую жертву малой, имитировать смерть, введя в заблуждение ее повелителя (обычно Хозяина Нижнего мира). Чего только не делали с нежными созданиями! Наносили надрезы на спине, прокалывали щеки, коптили на малом огне, сдирали кожу с гениталий, спихивали в реку с крокодилами, протаскивали через полый ствол дерева… И при этом произносили: «Змей уже съел мальчика». Первое время у меня от описаний подобных обрядов темнело в глазах. И когда говорят, что инициация имела воспитательное или гигиеническое значение, я вспоминаю пример из Австралии, когда пожилой охотник удалял у мальчиков два верхних резца, выкусывая их своими весьма еще крепкими зубами… Лишь постепенно в мировом обществе получили развитие этические запреты, среди которых «маленьких обижать нельзя» и «дети — наше будущее». Эти установки внушаются с младых ногтей. А вот не знакомая с ними женщина, например в пуританской Англии, могла родить до 15 детей (повинуясь запрету на контрацепцию), но практически о них не заботилась, с равнодушным облегчением принимая смерть отпрысков (Бог дал — Бог взял). И такая позиция была обычной. Теперь же к детям направлено все большее внимание общества, они стали высшей ценностью.

Культ будущего принимал разные формы. Одна из них знакома нам не понаслышке — это стремление к «светлому будущему», не потустороннему, как в религиозных доктринах, а земному, материальному. Но модель эта не сработала. Жертвование настоящим во имя грядущего принесло большие разрушения. Появилась более удачная модель — устойчивое развитие: «Мы не вправе отнимать ресурсы у будущих поколений». Ученые сетуют на логическую необоснованность этой концепции, ибо не может быть «устойчивого развития», а крах наступит не через сто, так через триста лет. Но ведь это именно установка, полезный миф, необходимый сегодняшнему обществу.

Итак, мы живем в то время, которое, словами Хайдеггера, временится из будущего: сегодняшние деяния направлены на завтрашнее благополучие, на прогнозируемый порядок вещей. Жизнь в кредит. В архаическом мировоззрении все было наоборот — время «временилось из прошлого», а действия определялись заветами предков. Сменилось мировоззрение далеко не сразу, так сказать, в несколько приемов. Один из важных этапов — революция мысли в эпоху Возрождения, начатая Галилеем и завершенная Ньютоном, когда началось системное наступление человека на мироздание. Благодаря ее плодам антропосфера испытала страшные потрясения, имя которым — прогресс.

Как ни странно, в естественной истории (в том числе и истории человеческого рода) прогресс почти не наблюдается. Это наше собственное, совершенно недавнее изобретение. Мы привыкли усматривать некий «эволюционный рост» там, где его нет. Люди вели неизменный образ жизни десятками, если не сотнями тысяч лет. Почти не менялся и облик. Причины изменений «навязывались» извне (обычно это были катастрофы), но не изнутри. Нормой для природного общества оставалась тенденция к стабильности и отрицание нового. «Новое хуже старого!». И эта косность была спасительной.

Почему люди верхнего палеолита не осваивали природу так, как это сделали герои книги Жюля Верна «Таинственный остров»? Почему почти не делали запасов впрок? По-видимому, отсутствие прогресса в тогдашних традициях едва ли связано с недомыслием пращуров. Долгое время новизна, как и познание, были табуированы. Подобно дурману, они считались полузапретным атрибутом высших сил. Общество пристрастилось к познанию постепенно, когда человек стал считать высшим существом самого себя (в основном в течение последней тысячи лет). Воцарилась совершенно неслыханная установка — «новое лучше старого»! Она породила цепную реакцию всевозможных революций. Человечеством овладел «демон преобразования». Стремление к прогрессу буквально взорвало антропосферу, изменив облик не только общества, но и всей планеты.

А в результате… разразился глобальный кризис. Двадцатый век любят называть эпохой кризиса. Мир как будто бы рушится прямо на глазах. Но так ли это? Берусь утверждать, что на самом деле никакого кризиса нет: перед нами — еще один «темпоральный миф». В реальности все «с точностью до наоборот». Возьмем, например, популяционные показатели. За один век численность нашего вида увеличилась в шесть раз, а продолжительность жизни возросла вдвое. В геологическом масштабе это вовсе не кризис, а напротив — невиданный расцвет! Кризис культуры и этики также статистически недостоверен: число «культурных» людей увеличилось абсолютно и относительно. Люди стали намного меньше болеть, ругаться, нарушать закон, воевать (раньше война вообще была постоянной)… Сегодня человечество переживает не падение, а поразительный взлет. Кризис лишь предстоит, и его опасность — в необратимом накоплении последствий прогресса. Популярность идеи «кризиса наших дней» во многом связана с архетипом золотого века: обыденное (сегодняшнее) хуже сакрального (вчерашнего).

Зимой 1980-го на Камчатке, когда одна пурга сменяла другую, занятия в школе отменяли, и мы сидели в полумраке и представляли себе, какое оно, это Будущее (ибо приближалась олимпиада, и футурологические настроения окутывали общество)… Оказывается, мы уже тогда и пребывали в будущем, словно в глубоком космосе, оно наступило в тот момент, когда люди стали постоянно думать и мечтать о нем, посвящать ему свою деятельность, использовать прошлое лишь как точку опоры, чтобы шагнуть вперед. Когда человеческое время стало наконец «времениться из будущего».

Кирилл Ефремов



См. также:
«Вулкан Платинум» распахивает свои двери для гостей
Мир восхитительного азарта и развлечений ждет вас в гости
Все о бесплатных играх
Горнолыжное снаряжение и его типы
Керамика раку: простота, вмещающая космос
Игровые автоматы: бесплатно или на деньги?
Бонусы: липкие и обычные
Все о грамотном бонус-хантинге
Полиграфические и копировальные услуги в Москве
ПРОЕКТ
осуществляется
при поддержке

Окружной ресурсный центр информационных технологий (ОРЦИТ) СЗОУО г. Москвы Академия повышения квалификации и профессиональной переподготовки работников образования (АПКиППРО) АСКОН - разработчик САПР КОМПАС-3D. Группа компаний. Коломенский государственный педагогический институт (КГПИ) Информационные технологии в образовании. Международная конференция-выставка Издательский дом "СОЛОН-Пресс" Отраслевой фонд алгоритмов и программ ФГНУ "Государственный координационный центр информационных технологий" Еженедельник Издательского дома "1 сентября"  "Информатика" Московский  институт открытого образования (МИОО) Московский городской педагогический университет (МГПУ)
У нас со скидками стойки под телевизоры всем без проблем.
ГЛАВНАЯ
Участие вовсех направлениях олимпиады бесплатное
UGG & Jimmy Choo Snow Boots Black Угги - НОВИНКИ сезона 2014-2015. UGG Australia – стильная и модная обувь, популярная у женщин, мужчин и детей. Австралийские угги, за счет своих уникальных качеств, известны и любимы на всех континентах.

Номинант Примии Рунета 2007

Всероссийский Интернет-педсовет - 2005